Считаю гласные, пока горячая ладонь скользит по коже в очевидной призывной ласке.
Элор перебирается ко мне между ног:
— Я помню об уговоре, не волнуйся.
Его руки накрывают мои разведённые колени, спускаются к бёдрам. Ухватив меня, Элор пятится назад, к краю постели.
О, только не это!
Вновь подводит руки к коленям и спускает к бёдрам, практически нависает надо мной, упираясь макушкой в папку. Снова даёт ощутить жар собственного тела. Его голова всё сильнее толкает папку в моих руках.
— Я читаю, — напоминаю сквозь зубы, пока горячие пальцы гладят мои ягодицы.
— Извини… — Рыжие пряди падают на живот и щекотно мечутся, пока Элор отодвигается назад, по нежному меху покрывала стягивая меня к краю.
Сам он слезает на пол и осторожно опускает мои стопы на мех.
Смотрит.
— Может, тебе лупу дать? — предлагаю я, чтобы смягчить ощущение неловкости.
Ну в самом деле, зачем меня там разглядывать? Когда трогает — это ещё можно понять, но смотреть? Зачем? Какой в этом смысл? Неужели вид нравится? Но чем? Складки и складки — совершенно ничего интересного.
На мой взгляд.
Край постели между моих ног проминается под тяжестью Элора, его ладони скользят по внутренним сторонам бёдер к паху, а дыхание обжигает колено, смешанное с поцелуями — спускается ниже постепенно, обжигающе, пока не добирается до тех самых складочек."
"Дарион пробовал такой сомнительный способ доставить удовольствие. Мне было неловко. Глупая затея.
Прикосновение пальцев к промежности щекотно.
Вздрогнув, я заставляю себя замереть и не дёргаться. Ну трогает и трогает, это не смертельно. И у меня тут такое личное дело авантюрное перед носом, есть на что отвлечься…
Мне почти удаётся отстраниться от мягких осторожных касаний пальцев, от ощущения дыхания там. И мягкое движение языка я сначала отмечаю лишь краем сознания. Поглаживания, осторожные, будто пёрышком, прикосновения губ…
Элор действует уверенно, я так же твёрдо уверена, что это ни к чему, кроме усталости его языка, не приведёт.
Знаю, что скоро он устанет и сдастся.
Я почти праздную победу, как вдруг движение его языка отдаётся в теле лёгким жаром.
«Ничего такого в этом нет, — успокаиваю себя, — ничего особенного в этом нет».
Но язык Элора, его осторожные посасывания вызывают напряжение — приятное натяжение внутри.
Вдруг пальцы проскальзывают в меня — неожиданное и яркое движение, заставившее шире распахнуть глаза и осознать, насколько влажно внутри.
