Дождь не только нам мешает, но и тем, кто хотел бы нас пристрелить.
Торан и Вальдис жмутся к стене. Даже в блёклом свете горящего неподалёку фонаря видно, как их трясёт. Видно, что их подпалило.
— Бери того, что полегче! — приказывает Элор и, отвязав от пояса и бросив мне мешочек, хватает Вальдиса под мышку.
Поймав мешочек, я остро ощущаю находящуюся внутри магию. Кристаллы. Поглощаю её мгновенно, беру застонавшего Торана под мышку и расправляю крылья, снова наполняю мышцы магией, напитываю ею пространство вокруг.
Один мощный прыжок, взмах — и я уже на пятнадцатиметровой стене, отделяющей обитель от города. Элор рядом. Следит. Охраняет. Мы перебегаем широченную площадку, вскакиваем на зубцы и пикируем вниз.
Практически мгновенно, стоит нам только приземлиться в грязную лужу на дороге, из ближайшего переулка к нам выезжают люди с конями в поводу. Почти сразу гаснут ближайшие фонари, и дальше ориентироваться приходится почти полностью на звук. Мы с Элором добегаем до всадников, забрасываем раненых в сёдла, прыгаем в свободные.
Сумрачно. Хлещет дождь. Почти ничего не видно.
— В гостиницу! — неохотно и резко приказывает он. — Лаван, Каташ — в арьергарде!
И мы срываемся с места, несёмся прочь от обители Чистоты."
"Грохочут копыта, мы летим по тёмным улицам, словно взбесившиеся звери. Я оглядываюсь назад, наверх. Ищу среди струй воды стремительные преследующие нас фигуры, но их нет, нет, нет. Вампиры отстали? Они не хотят боя? Жжёт щёку, ноет пропоротый вампиром бок, от него боль распространяется на спину.
Похоже, Ирдис сильно меня поцарапал. Тварь! Я скалюсь. Конь подо мной дрожит, но мчится дальше.
Мы направляемся к постоялому двору слишком явно, не таясь. Фонари больше не гаснут.
Вырвавшийся вперёд всадник нашей группы спешивается и открывает перед нами ворота. Во дворе постоялого двора цокот звучит оглушительнее, перепуганные кони дёргаются, норовят скакать дальше, но в замкнутом пространстве им некуда деться. Ворота закрывают, хотя это не защита от вампиров.
Храпят, ржут встревоженные кони. Мы спешиваемся и, оставив их бесноваться во дворе, гуськом вбегаем в дом, в освещённый светильниками холл, переходящий в трапезный зал. И пока остальные все оглядываются, выискивая возможных врагов, я выдёргиваю из-за отворота сапога флакон с изменяющим запах зельем.
Пол мы заливаем льющей с нас водой, наполняем шумом. Хозяин постоялого двора выглядывает из-за двери у прилавка.
