Поэтому, оказавшись в кабинете, я сжимаю браслет:
— Элор, мне нужно отдельное помещение для работы, так что…
— Пожалуйста, не надо: оставайся здесь.
— Но мне нужен покой и сосредоточение.
— Я не буду тебя отвлекать, могу на себя заглушающее заклинание набросить, чтобы не мешать шелестом бумаги и скрипом пера, — увещевает Элор, преграждая собой дверь. — Занимайся всем в здесь, это же наш общий рабочий кабинет!
Он вскидывает руки, как бы очерчивая всё вокруг. И даже не думает сдвигаться в сторону. Надо было в коридоре об этом заговорить, а не прятаться от стражников за дверями.
Не дождавшись ответа, Элор со вздохом добавляет:
— Мне спокойнее, когда ты рядом.
И ведь не лжёт, но я не могу не ответить сомнением:
— Даже когда я занимаюсь менталистскими штучками?
— Разве я когда-нибудь говорил что-то плохое о создании амулетов или о том, что этот процесс меня пугает? — Элор внимательно смотрит на меня, чуть щурясь из-за яркого солнца.
— Не говорил, — признаю я.
— Пожалуйста, останься со мной, — просит он ласково.
И я… я направляюсь к столу. С Элором нас связывают и более интимные воспоминания, чем работа с амулетами.
Обычно в конце дня я навожу на столе порядок, и теперь столешница чиста. Опустив на неё браслет, я сажусь в кресло, устраиваюсь удобнее и сосредотачиваю взгляд на кристалле. Изучаю его грани, металл браслета. Мысленно прощупываю форму.
А затем расфокусирую взгляд и ориентируюсь на ощущение вложенной в него чужой магии.
Точнее, лишь пытаюсь ориентироваться, уйти в её ощущение полностью, сосредоточиться на нитях магического плетения внутри кристалла, сейчас открытого для воздействия, ведь контур не замкнут на защищаемом объекте.
Но взгляд Элора мешает. Сам он не шумит. Вернулся за свой стол и просто за мной наблюдает, но этого достаточно, чтобы сбивать мою концентрацию смутной тревогой, вопросами: а что он думает? Что чувствует? Как относится к происходящему? Какое у него выражение лица?..
* * *Последнее плетение защитных чар даётся с трудом. Я выдыхаю слишком резко, и Элор вскидывает голову.
Нет, он не сверлил меня взглядом все те часы, когда я переделывала амулет, но время от времени посматривал, и сейчас смотрит.
Снова шумно выдохнув, я запрокидываю голову на спинку кресла. В голове слегка гудит.
Удивительно, у нас, менталистов, хорошая память, но она не может заменить долгое отсутствие практики: вроде бы всё знаю, всё понимаю, а тяжело, непривычно такое напряжение сил, такой способ магического воздействия.
