На несколько мгновений застываю, представив его «награду»: стоит он такой прекрасный в лучах солнца на крыльце дворца перед толпой менталистов и объявляет: «Ну, я сначала хотел вам головы пооткусывать во избежание всякого, но вы хорошо себя показали, так что откусывать ничего не буду. Это и есть ваша награда!»
— Кажется, я догадался! — бодрый голос в ухо нарушает неожиданно яркую картинку.
— О чём? — морщусь я, с ужасом осознавая, что неплохо было бы решить проблему с наградами так просто, по-Элоровски.
— Понимаю, почему ты никак не можешь написать письмо менталистам!
— И почему же? — поддаюсь я: если Элор захотел пошутить, он пошутит, даже если повода ему не давать, просто он этот повод создаст — не надо создавать для этого повод.
— Потому что вы настолько привыкли лезть в головы, что разучились общаться словами. Переписка — это не для вас.
— И это говорит дракон, за которого я пятнадцать лет писала письма, — картинно вздыхаю я.
— Ну, ты их писала потому, что тебя не устраивало содержание, но я же в этом не виноват.
Если бы мне дали лично встретиться с адресатами, я бы сказал всё то же самое, что и написал. Даже больше!
Тяжко вздыхаю: правду говорит, чистую правду!
И, похоже, не успокоится, пока я не встречусь с Наей, Толисом и Дербеном.
Как ни странно, едва я решаю действительно отправиться во дворец Аранских, нужные слова находятся будто сами собой.
Завершив многообещающее, но ничего не обещающее послание, я со вздохом касаюсь магкаллиграфических печатей и чётко представляю Адалию.
Лист сам собой сворачивается в самолётик, практически растворяется в воздухе.
Взглядом я провожаю его смутный силуэт до двери.
Сижу.
Сердце опять стучит подозрительно часто.
Решительность, где же ты?
Её нет, зато есть Элор. Выпрямившись в кресле, он поднимается и, отодвинув его, протягивает мне ладонь.
— Идём, — Элор мягко, ободряюще улыбается.
Жар его пальцев, сразу сжавших мою руку, почти успокаивает.
Почти.
Глава 46
Продолжая пристально и ободряюще смотреть мне в глаза, Элор отводит меня от стола и наших кресел.
Вокруг достаточно свободного пространства, и огненно-золотой вихрь охватывает нас, пробивая пространство.
Рывок. Элор обхватывает меня за талию. В момент выхода распахивает крылья, помогая нам удержать равновесие.
Мы твёрдо встаём на чёрных каменных плитах телепортационной площадки. В расстилающемся вокруг парке горят фонари, споря со светом заходящего солнца. Сладко пахнет цветами. Императорский парк во всей красе.
