Но что? Преподнести мне подарок? Или пригласил кого-нибудь на встречу? Может, Осдара? Хотя нет, его бы он сегодня не привёл, чтобы не показывать остальным правителям.
Или хочет свести меня с казначеем, продающим моё имущество?
А может, ведёт меня к Линарэну?.. Например, чтобы поговорить о возможности рождения у меня менталистов без измены или…
Элор останавливается возле охраняемых дверей одной из гостиных. И я сразу, ещё до того, как они открываются, понимаю — это зеркальная гостиная.
Страх холодком пробегает по нервам: там будет так много отражений…
— Никого не пускать! — приказывает гвардейцам Элор.
Двери начинают приоткрываться, я стискиваю его предплечье.
Маленький самолётик проносится мимо и ударяется в руку Элора, тот его перехватывает, и бумажка разворачивается на его ладони.
«Информацию передал».
Не сразу я понимаю, что это почерк Санаду. И информация — это сообщение, что могила Нергала, которую так ищут Неспящие, спрятана под Большим озером.
Надеюсь, они клюнут. Надеюсь, они явятся…
— Придётся обойтись без опозданий на собрание, — напряжённо произносит Элор и изучающе на меня смотрит.
Ждёт реакции.
Какая у меня может быть реакция? Я должна обрадоваться, взбодриться.
Но мне страшно. Впервые с уничтожения семьи мне есть — и так много! — что терять в случае поражения.
Элора.
Наю, Дербена и Толиса, которые теперь знают, что я это я и продолжают меня любить.
Возможность продолжить род.
Жизнь без ежедневной боли трансформации.
Королевство…
Маленькая записка вспыхивает на ладони Элора золотым пламенем.
Избавившись от послания, он накрывает мою руку на его предплечье, поглаживает.
— Нам надо поторопиться, — сухо произношу я. — У Санаду всё получилось неожиданно быстро, мы не успели толком подготовиться.
— Ты права, поспешим. Хотя то, что касается сил империи и наэрского и лофтийского кантонов — они готовы ударить в любой момент, надо только дать сигнал.
Уверив меня в готовности войск Эрграя и кантонов Танарэса и Санаду, Элор отказывается от размеренного царственного шага: по коридору обратно к лестнице на второй этаж и там по коридорам к кабинету его отца мы идём очень быстро, даже утяжелённые чешуйками полы развеваются.
Перед нужными дверями собрались аж два десятка гвардейцев, всё красно от их мундиров, почти тесно от мощных фигур. На медведеоборотней Элор не смотрит, стремительно ведёт меня к входу. В воздухе появляются слабые отголоски запаха раскалённого металла.
