Выражение лица Элора смягчается, взгляд бегает по лицу, и вопрос звучит очень осторожно:
— Ты всё вспомнила?
— Судя по твоей реакции — нет, иначе бы такое не сказала.
Несмотря на очевидное отрицание, Элор жадно вглядывается в моё лицо, будто ищет чего-то.
— Мы жили вместе? — спрашиваю я. — Спали вместе?
— Д-да.
— Значит, были моменты, когда я могла воздействовать на тебя ментально, но не стала, даже для борьбы со страхами, — заключаю я, тоже вглядываясь в него: зрачки расширены, дыхание учащённое, поверхностное.
Это явно нерациональное решение — имея возможность скорректировать, оставлять его в таком паническом состоянии…
Но корректировка влияет на характер.
А если сделать её недостаточно качественно, противоречия негативно скажутся на психике.
Я бы всё сделала качественно.
Поэтому оставлять его в таком состоянии нелогично.
А я оставила.
Почему?
Нахмурившийся Элор, чуть высвободив руку из-под моей головы, отодвигается ещё.
— Ри, у меня такое ощущение, что ты сейчас продумываешь план переделки моего сознания.
— Я сейчас не в форме, даже если бы понимала, как это сделать, не рискнула бы браться за столь ответственную работу. Корректировка сознания — это не такая простая процедура, как может показаться.
Вырвав из-под меня руку, Элор соскакивает с постели. Магические сферы разгораются ярче, позволяя хорошо всё рассмотреть: его лицо бледно, глаза из-за расширившихся зрачков кажутся тёмными. Отступив от кровати, он, не сводя с меня взгляда, обходит её по кругу.
Я слежу за ним: за напряжённой резкостью движений, за тем, как напрягаются под гладкой кожей мускулы, на блеск проступивших на широких плечах чешуек. Хищный металлический аромат подсказывает мне, что я его пугаю.
На втором круге я, хотя есть на что посмотреть, не выдерживаю этого нервного хождения:
— Ты нелогичен.
— Да неужели?! — у остановившегося Элора на миг обнажаются клыки.
— Да. Иначе ты бы понял: если раньше, находясь в полной силе и имея возможность убрать мешающий тебе страх, я этого не сделала, значит, на это была веская причина.
Поэтому сейчас, не имея полных данных о ситуации, я ничего менять не буду. Я же не дура.
Снова его взгляд меняется, на лице отражается целая гамма эмоций, прежде чем всё возвращается к прежней настороженности.
— А потом? — спрашивает Элор. — Что ты будешь делать потом?
— Вспомню причину, по которой не стала этого делать, и не буду делать.
