— Спасибо за то, что ты такой понимающий, — я возвращаюсь под тёплый бок, целую грудь, плечо, шею — эти лёгкие, почти мимолётные прикосновения пробуждают внутри что-то странное, непонятную дрожь. Мне не подчиняется память, теперь и в теле происходит что-то странное, непонятное.
Уловив ответное движение Элора, я отстраняюсь от его шеи и натягиваю на себя мех:
— Что было дальше?
— Хм, — Элор покашливает. — Как я уже сказал, артефакт не сработал, тебе было плохо, я считал тебя мужчиной и… утешался как мог. Ты сделала вид, что женилась.
Драконесса из вассального тебе рода, которую ты использовала для прикрытия, родила малыша. И хотя ты держала их в другом мире, ты очень привязалась к мальчику…
В ожидании моей реакции Элор умолкает, поглядывает искоса.
Будто ждёт, что я вспомню, но что-то внутри этому противится. Почему? Пытаюсь понять, докопаться, но натыкаюсь на что-то колючее и тёмное.
Что-то с этой историей не так, в ней… много боли. Эмоций. У меня не должно быть таких эмоций.
— Его зовут Осдар, — словно издалека звучит голос Элора.
Колючки внутри, целая стена из них — они вдруг оказываются ближе, но я в страхе отступаю, сосредотачиваюсь на комнате, на живописном пейзаже с замком на скале:
— Рассказывай дальше.
— Ты не хочешь узнать, как поживает Осдар?
Значит, тёмное и колючее связано не с его смертью.
— Полагаю, я достаточно хорошо о нём позаботилась, чтобы не требовалась дополнительная помощь, — отвечаю в некоторой растерянности от случившегося.
Надо будет в этом разобраться, но не под пристальным взглядом Элора.
Или спросить у него?
Чуть запрокинув голову, осматриваю подбородок Элора, его губы. Красивый… Мой. Спрашиваю:
— Почему мне тяжело о нём вспоминать?
Кажется, Элор искренне растерян, даже переспрашивает не сразу:
— Почему?.. Может быть потому, что тебе пришлось его оставить в другой семье ради его же безопасности.
— Я бы не стала переживать по такому поводу: в семье ему наверняка лучше. Его мать умерла? Я не смогла её защитить?
— Она жива.
Ты исправляла её воспоминания. Очень неприятные. Беременна она оказалась не по своей воле.
Похоже, мне лучше пока не трогать то тёмное и колючее:
— Понятно…
— Что именно?
— Чтобы исправить воспоминание, нужно изучить его очень тщательно, прочувствовать, чтобы не ошибиться. Поэтому я не хочу об этом вспоминать.
— Да, пожалуй, лучше не стоит, — Элор поглаживает меня по плечу и продолжает, уводя меня от неприятной темы. — На несколько лет у нас случилось затишье.
