Только из-за наплевательского отношения они не проверили тело Халэнна, не стали искать тебя, ушли сразу, опасаясь, что защитные чары просигнализируют во дворец, и к вам выдвинется подмога. Задержись они в замке чуть дольше, и ты бы с ними столкнулась. Тебя тоже должны были убить на случай, если Эштран поделился информацией о переделывании сознания Линарэна, на случай, если ты что-то узнала сама.
— Да, им приказали уничтожить всех менталистов нашей семьи, не только дедушку.
— Ты выжила по счастливой случайности, — продолжает Элор.
Счастливой ли?
— …не стоит об этом сокрушаться, — заканчивает Элор свою мысль.
А сам он не сокрушается об этом? Не лучше было бы, если бы тогда умерла я?
Вода вдруг перестаёт падать на нас, но продолжает лупить дно ванны вокруг, и брызги отскакивают на наши ноги. Потоки стекают, словно по невидимому куполу. Элор разжимает объятия, обхватывает ладонями моё лицо и заставляет посмотреть на него. Он немного бледен. Капли воды стекают с его волос, скользят по лицу, по дрогнувшей губе.
Несколько влажных бисеринок мерцает на мокрых слипшихся ресницах. Элор вглядывается в моё лицо.
Всего мгновение.
И целует.
Неожиданно: менталистку, только что лазившую в чужих головах. Неужели не боится? От этих мыслей мои губы нервно дёргаются, и Элор отстраняется. Но только для того, чтобы поднять меня на руки. А вода всё шелестит, напоминая о дожде.
Глава 9"
"Нас ждёт застеленная меховыми покрывалами гардеробная. В слабом сиянии магической сферы видно, что платья и костюмы сдвинуты в сторону, на столике поджидают кувшины и кубки.
Кровь разбрызгивается по стене моего родового замка, откатывается срезанная стремительным ударом рука. Вампиры движутся быстрыми рывками, их силуэты смазываются…
А, нет, это воспоминания, и сейчас Элор укладывает меня на мех. Голем подаёт кубок, и Элор заливает мне в рот пряное драконье вино.
Целует.
Под когтями хрустят проломленные рёбра тёти…
— Ри, Ри! — Элор тормошит меня за плечо, скользит пальцами по щеке.
— Ри, ты здесь. Ты сейчас здесь.
Он снова прижимает меня к груди и гладит по плечу, спине. Его сердце бьётся слишком быстро.
Слишком-слишком быстро, как сердце вихрастого Эрина…
Зажмурившись, пытаюсь изгнать кровавые образы, жуткие ощущения разрывающейся под моими — вампирскими — руками плоти.
— Ри, ты можешь как-то повлиять на эти воспоминания? — Элор смотрит мне в глаза. — Можешь их притупить?
Могу.
И не могу.
Это слишком остро. Невыносимо.
