Его инстинкты говорят, что его драконесса ранена, и он хочет эту рану зализать. Но рана не физическая, незаметная, и моё пробуждение начинает новый любовный марафон.
Элор пытается зализать невидимую рану словами: «Я люблю тебя и всегда буду любить».
Элор честно исполняет обязательства: приносит пойманного зверя. Сам разделывает, готовит, кормит меня прожаренным на золотом пламени, разрезанном его когтями мясом, хотя это я должна готовить.
Элор купает меня в горячем источнике. Его пальцы, его тело горячее воды.
И здесь он целует меня, ласкает руками и упругими потоками, пробуждая ещё больше страсти, наполняя собой.
— Ри… Ри… Ри…
Моё имя звучит так часто, с такой нежностью, болью и желанием.
* * *Снова судорожные движения, жар, тело к телу, глаза в глаза. Горячее, сбивчивое дыхание. Элор содрогается, изливаясь в меня. Склоняет голову к шее. Дышит часто. Он всё так же твёрд внутри меня. Шепчет хрипло:
— Брачную магию и эти недели описывают так прекрасно, как время бескрайнего блаженства, постоянного возбуждения и удовлетворения.
Но я ощущаю только возбуждение. Только желание. Постоянно.
Это напоминает мой прошлый опыт брачной магии: я тогда тоже не могла найти окончательного удовлетворения — всегда хотелось ещё, ещё, ещё. До боли.
Приподнявшись, Элор устало и нежно смотрит мне в глаза:
— Это наказание за отсутствие полноценной связи? Или кара за то, что я никак не могу удовлетворить тебя? Или полного слияния не дают остатки вампирской магии? — Элор прижимается лбом к моему лбу.
Ответа на его вопросы я не знаю. И мы с Элором продолжаем наш безумный страстный танец на меховых покрывалах.
* * *Элор не солгал: он действительно постоянно возбуждён, он желает меня беспрерывно. Пробуждаясь, я пару раз застаю его за тем, что он удовлетворяет сам себя, чтобы дать мне отдохнуть. Но я не устала. Пусть я не испытываю прежнего дикого желания, моё тело готово и жаждет этого бесконечного соединения с Элором, его поцелуев, его тяжести на мне, его дрожи на пике наслаждения. И того, как он, забывшись, лижет меня у основания шеи, пытаясь залечить невидимую рану.
* * *Это пробуждение отличается от предыдущих. Элор так же обнимает меня со спины. Его язык привычно скользит по коже. Столь же ненавязчиво светится мох, урчит неподалёку вода. Но что-то не так. Что-то иначе…
Возбуждения нет.
Во мне нет ни капли возбуждения, только какая-то томная усталость. И ладонь Элора — она лежит не на бедре, а на моём животе. Очень нежно, почти невесомо.
