Для выхода Элор приготовил нам чёрные бархатные наряды, моё платье — с серебряными узорами, его костюм — с золотыми.
Ринарра и Эйррана мы одеваем в белые удобные сорочки с открытыми спинками.
По традиции именно драконесса выносит ребёнка из норы, но по круговой галерее к выходу Элор несёт Ринарра и Эйррана сам, ведь «они же тяжёлые, я помогу, помогу», позволяя безжалостно дёргать рыжие кудри, чуть не скидывая корону.
— Не терпится посмотреть на мир? — воркует Элор, поворачиваясь то к одному, то к другому, и стараясь высвободить пленённые пряди.
— Мои маленькие, там сто-о-олько волосатых существ, вы просто изумитесь. Дедулям можно волосы дёргать, дядям тоже. Хотя тому дяде, который в гогглах, я бы дёргать не советовал, а то мало ли что. Зато будут там две блондинки — Ланабет с Валерией — им дёргать волосы разрешаю особенно: пусть познают силу мужского доминирования!
И ведь ни стыда, ни совести — такому детей учить.
Уловив мои эмоции, Элор воровато оглядывается:
— Да я же шучу! А они пока слов не понимают.
Я только качаю головой, старательно сдерживая улыбку. Элор же не может удержаться от разговора:
— А ещё вас Хорнорд ждёт. У него тоже волос много-много, и на хвосте давно никто не висел.
«Элор, они ещё слишком маленькие, чтобы висеть на хорнорде!»
— Ну Ри, — стонет Элор. — Он так ждёт, так ждёт. Я буду их страховать, клянусь! Ты просто представь, как они обрадуются, увидев столько длинной шерсти, почти волос! Ты же им покрывалки наши не даёшь поиграть…
«Мои покрывалки!» — напоминаю с наигранной суровостью: а то так глазом моргнуть не успеешь, как что-нибудь с сокровищами случится.
— Хорошо, — соглашается Элор. — Но представь как будет здорово: стоит только Рину и Эйру познакомиться с Хорнордом, они сразу забудут о твоих покрывалках. Я в этом просто уверен! И о пёрышках моих тоже. Знаешь, как мне в детстве домашнего животного не хватало? Пусть хоть у них будет.
О да, я по реакции Элора на Хорнорда заметила, насколько ему домашнего животного не хватало.
— Пусть сначала подрастут, — на этот раз я произношу вслух.
Не то что бы я совсем отвыкла от такой манеры общения, но голос перед встречей с родственниками стоит проверить: слушается, мелодичен, как у всех серебряных драконов. И Ринарр и Эйрран сразу оглядываются на меня. Смотрят мерцающими, переливающимися из серого в золотой глазами. Мой голос вызывает у них живейший интерес.
У меня, впрочем, тоже: он изменился.
