– Либо отрезать кусок мяса с собственной ноги и скормить ему».
Издеваешься, мистер Холмс…"
"– Мне б вот пальто справить на зиму, – бубнил под нос Кирьян. – Мне-то что… Я ж никого и ничего… Пальтишко вот на вате, рублей триста, больше ничего не надо. И вам спокойнее, и мне теплее, глядишь…
Денис не выдержал, сунул ему легонько в челюсть. Гнида. Кирьян покорно свалился, как куль с соломой, упал и лежал, не поднимался.
– Объясняю, – сказал Денис как можно спокойнее. – Все, что ты мне здесь навешал на уши, это называется шантаж и вымогательство.
Если я тебя сдам с этим диагнозом, то твой век закончится на нарах.
– Не сдашь, – проблеял снизу Кирьян. – У тебя свидетелей нет.
«Вот же гад! Убить его среди бела дня в центральном парке города все равно нереально, – подумал Денис. – Да и не умею я убивать. Хотя и приходилось…»
Он схватил Кирьяна за лохмотья и рывком поднял.
– Сдам, – сказал Денис. – Но не сейчас. И не за это. За что-нибудь другое. И тебя, и Банана твоего. Так что держитесь от меня подальше.
Он еще раз сунул ему на прощание – только не в рожу уже, а в нагрудный карман. Десять рублей. Пусть подавится.
Дома Денис отыскал в справочнике телефонный номер 12-го опорного пункта, позвонил и представился по форме. Участковый Володько знать не знал никакого Кирьяна-Банана…
– Как по фамилии? Кириченко? Никогда не слышал. И вообще, с какой такой стати ими должна заниматься милиция? Если криминала нет, то и претензий к ним нет… С бомжами после советской власти не боремся: права человека не позволяют…
Денис предложил не тянуть кота за хвост и сообщил, что двадцать минут назад эти два тормоза цеплялись к мамаше с коляской, требовали деньги.
– А-а, ну так другое дело, – подумав, ответил Володько. Но как-то неуверенно, для проформы. Чтобы следак отвязался.
– Мое дело предупредить, – сказал Денис. – Еще раз увижу их там, сам задержу и задокументирую. А потом представление накатаю: отсутствие профилактической работы на участке и все такое…
– Да сам я с ними разберусь, чего прокуратуру такой мелочевкой загружать, – бодро отрапортовал Володько.
– Спасибо, что подсказали.
– Вот и хорошо. Рад помочь.
– Если что – звоните, не стесняйтесь.
– Спасибо, до свиданья.
В комнату поскреблась Джоди. Денис впустил ее, потом открыл форточку, вдохнул холодный влажный воздух. Как это Курбатов любит говорить?.. О-па. Опачки. Попался.
Да полная херня, такого не бывает. Это чтобы так не везло!.. Смешно просто.
– Ты что-то сказал? – крикнула из гостиной мать.
