Что за дрянь эта водка, бр-р-р.
– А Рахманов в курсе?
– В курсе чего? Это ведь только догадки, Коленька. Ничего су… существенного. Если б тот стрелок бумажку обронил с фамилией или фотку его – тогда ясное дело. Но такое только в кино… Да и то не всегда.
– А кто стрелял?
– Да откуда я знаю? И не узнаем никогда. Говорю же – профи. Даже гильз не оставил – видно, пакет на руку надел. «Висяк» глухой. А о чем мы с тобой говорим? О работе, о… Да надоел мне этот Петровский хуже…
Таня резко встала, схватилась за кухонный шкафчик, чтобы не упасть.
– Все. Пошли спать.
Коленька осторожно спустил с ее плеча одеяло, потянулся к груди, она оттолкнула руку.
– Хватит с тебя, ты свое получил. По крайней мере на сегодня. Что-то мне хреновато. Спать хочу.
Коленька убрал руку и рассмеялся.
– Ты чего это? – Она посмотрела подозрительно. – Что тут смешного?
– Я так и не понял, – сказал Коленька. – Почему ты меня все-таки назвала Денисом?
Она приложила указательный палец ко лбу, повертела, криво улыбаясь.
– А с чего ты взял? Никак я тебя не называла. Пить надо меньше. Дорогуся…
* * *Денис заканчивал завтрак, прибирая остатки желтка на тарелке, когда из комнаты донесся голос матери.
– Это еще что такое? – негромко воскликнула она, будто разговаривала сама с собой.
И уже громче:
– Денис. Иди-ка сюда.
Такой голос бывает у матерей, чьи дети имеют привычку прятать в школьном ранце сигареты или порнографические открытки.
Денис порылся в памяти. Буквально на днях он выгреб из-под своей кровати целый склад пустых бутылок, которые тихонько, без шума, вынес на помойку.
То есть бутылок там нет. Ни одной. Он встал из-за стола и прошел в свою комнату, на ходу дожевывая хлеб.
– Что случилось?
Ящик письменного стола был открыт. Бумаги, лежавшие сверху, отодвинуты в сторону. Внизу чернела рукоятка пистолета. Мать с брезгливым любопытством смотрела на нее.
– Тебя же никто не просил лезть сюда, – сказал Денис.
Он взял пистолет и сунул его в карман пиджака. Тот сразу отвис и перекособочился.
"
"– Какой ужас, – сказала она.
– Ты залезла в мой стол, – сказал Денис. – Без спросу.
– Я хотела прибраться.
– Твоему сыну давно не десять лет, – сказал Денис. – Он работает в прокуратуре. Напоминаю на всякий случай.
– Ты говорил, работникам прокуратуры не положено оружие.
– А теперь положено.
– Что-то случилось? У тебя неприятности?
Денис ничего не сказал. Он достал из другого ящика кобуру, положил ее в сумку, оделся и вышел на улицу.
