Будешь дальше упираться рогом – присядешь на иглу в санчасти, а эта штука пострашнее, чем Зафиров штуцер. Будешь у нас живым терпилой, как Вечный Жид. Будешь терпеть, раз так хочется.
Курбатов выпрямился, одернул пиджак, взглянул на часы.
– Уведите.
Охраннику пришлось еще немного вспотеть, втолковывая Гулевичу, что тащить его на себе он не собирается, идти придется самому, ножками, топ-топ. Уже из коридора до Курбатова донесся невнятный крик:
– Не хочу в камеру! Не хочу! Убери руки! Может, я говорить буду…
Ну конечно будешь, с удовлетворением подумал важняк, проверяя в карманах ключи от машины.
Только завтра. Чтобы в следующий раз не тянул кота за яйца.
* * *Курбатов произнес в микрофон стандартный набор: дата, время, фамилия следователя.
– Кто занимался организацией взрыва в прачечной «Эстер-Люкс»?"
"Суханова какое-то время молчала, глядя в сторону. Какао она не пила и газет не читала уже давно. Под кожей шеи прокатывался маленький шарик адамова яблока – вверх-вниз. Волосы на голове были выстрижены наголо, чуть выше лба белел крест пластыря.
Курбатов вспомнил, что белыми крестами лесники метят деревья, подлежащие вырубке. Он, честно говоря, не думал, что Суханова-Суша сломается так скоро… Прошлой ночью ему звонили из СИЗО: в тридцать восьмой камере ЧП. Новенькая выбила глаз одной из своих мучительниц. За это ее избили до отключки и накололи на спине оскорбительные картинки, а когда та пришла в себя, принялась бодаться головой в стену. В санчасти ее привязали к кровати и вкатили лошадиную дозу успокоительного.
Главврач Шмелев, который проработал на этом горячем участке двенадцать лет, пообещал, что научит ее родину любить, мать-перемать, у него для этого достаточно разной дряни в ампулах.
– Мне не известны фамилии, – произнесла она, наконец. – Распоряжения получала от парня, которого называли Родиком.
– Кто называл?
– Его дружок, Лоб. Они вдвоем приходили.
– Адреса, телефоны?
– Не знаю. Я никогда им не звонила, они сами находили меня.
– Кто передавал деньги?
– Лоб и передавал.
– Сумма?
– Десять тысяч долларов США. Плюс две тысячи на текущие расходы.
– Как вы с ними познакомились?
– На какой-то вечеринке, кажется. Давно уже. Не помню где.
– И этот Родик ни с того ни с сего предложил тебе взорвать прачечную?
– Ну… Не совсем. Он как-то спросил, не знаю я кого, кто хотел бы десять «косых» заработать. Я сказала, что знаю. Он говорит: кто? Я говорю: я. Ну, мы посмеялись, а потом он позвонил однажды и предложил встретиться у «Кавказа».
