К тому же: «Никто не может быть судьей в своем деле», – это знали еще в Древнем Риме.
Очень быстро они установили, как преступники проникли в кабинет. Оказывается, через фотолабораторию. Точнее, через бывший черный ход бывшей квартиры № 2, ведущий на площадку крутой железной лестницы, куда выходили еще две двери, за которыми и до сих пор мирно жили-поживали какие-то люди. Огромную деревянную дверь открыли, выражаясь протокольным языком, «путем подбора ключа», хотя древний простенький замок можно было открыть любым согнутым гвоздем.
Теперь ясно, почему не сработала сигнализация. Не ясно другое: кто знал про эту дверь? Курлов знал. Маша Вешняк знала. Но их нет в живых. Хотя круг общения у них был обширный и специфический…
Украшения из ювелирного магазина лежали на полу, рядом с кобурой. Может потому, что целлофановый кулек с бумажным пакетом внутри никого не заинтересовал. Помогая диктовать в протокол, Денис собрал все бумаги, пакеты с вещдоками, разложил папки уголовных дел – кажется, все было на месте.
Нашелся даже томик Артура Кларка, который давным-давно закинул в сейф и забыл дочитать.
Убедившись, что дело Курлова на месте, Курбатов потерял интерес к происходящему и ушел к себе.
– Так что, ничего не пропало? – Рудько вертел в руках кобуру. – Удобная. Зачем она тебе? Все равно ствола нету. А мне пригодится…
– Положи на место.
Денис сосредоточенно перебирал содержимое ящиков стола.
– На, держи, жмот. Так зачем они тогда лезли?
– Вот было так, когда капитан Чернышов с женой развелся, – глубокомысленно вспомнил Диков.
– Сука шизанутая, он полгода потом глазом дергал. Так она однажды пришла к нему в кабинет, устроила скандал, а когда он выбежал на минуту, чтоб воздуху глотнуть, вылила кофейник ему в стол. И ушла. А там три агентурных сообщения лежали! Им – звездец. Так он ее чуть не убил потом. И точно убил бы, если бы там что-то важное было. А у тебя жены нет, Петровский?
Денис задвинул на место ящики, кроме среднего.
– Здесь CD-диски лежали, – он показал на ящик.
– Обычные, на 670 мегабайт. Один игрушка, а второй с копиями обвинительных заключений по старым делам.
– Ну? – нахмурился прокурор.
– Вот дисков я не нашел.
– А на кой им эти копии? – спросил Рудько.
– Понятия не имею. Да и мне он уже не нужен был, лежал и лежал…
– Точно? – заинтересовался Диков. – А материальную ценность они представляют?
Денис понял, к чему тот ведет дело. Если пропали ненужные, ничего не стоящие вещи, то и кражи нет.
