Друзья Бори Метлы подобрали и приволокли оставшихся бойцов из команды Витька, уложили рядом с командиром и братом Знаменским, сомкнулись вокруг и принялись подпрыгивать, выбрасывая ноги в непонятном танце. С лужайки донеслись глухие, вязкие удары и невнятные утробные вскрики.
— Без мокрого! — предостерег Метла. — Родик тут засвечен…
Зловещий танец прекратился, но кружок вокруг поверженных врагов не распался.
Раздались какие-то звуки, будто льется вода. Победители мочились на побежденных.
Когда расправа завершилась, Байдак, едва держась на ногах, подошел к неподвижно распростертым телам.
— Значит, так, — невнятно подвел итог он, но те, кого это касалось, понимали каждое слово. — Сюда ни ногой. Зайдете в общагу — все будете трупами.
Сергей двумя руками держался за голову. Там все еще звонил колокол.
— Зачем мы вышли? — спросил он у Родика. — Почему не подождали ребят?
— А! — отмахнулся тот. — Кого бояться? Этого говна?
Он пренебрежительно ткнул пальцем в темноту. Вечно рыскающий взгляд на миг сконцентрировался.
— Иди перевяжись, у тебя горло перерезано от уха до уха!
Гестапо был очень любезен, он смазал Сергею порез йодом, нашел вату, бинт и довольно умело наложил повязку.
— Лекарство надо выпить, — посоветовал он, не глядя в глаза. — Антибиотик.
Байдак пил какое-то лекарство из металлической фляжки Метлы. Захлопали дверцы машин.
— Поехали? — спросил Родик. Ему становилось лучше буквально на глазах.
— Мы пешком пройдемся, — ответил Курлов. — А ты поезжай.
— Жираф большой, — Родик пожал плечами.
— Смотри сам.
Когда машины разъехались, Сергей попросил у Бернадской ручку и залез в «девятку», где сидел Витек. В карманчике солнцезащитного щитка он нашел документы, списал себе все данные. И номера машин тоже. Все-таки есть в жизни стукача свои приятные моменты.
— Зачем тебе это? — спросила Светка.
— Пойди погуляй, — сквозь зубы ответил Сергей и сунул руку в бардачок. Он действовал интуитивно, хотя и предполагал, что может там обнаружить. Интуиция не обманула. В бардачке лежали пистолет и ребристая граната.
Пистолет он сунул за пазуху, а гранату оставил на месте.
— Теперь пошли…
Он проводил ее до дома, ни разу не раскрыв рта — даже для того, чтобы сунуть туда сигарету. В подъезде было темно и тихо. Поднявшись на один пролет, он развернул Светку к себе спиной и полез под юбку. Но сильно закружилась голова, горячий комок рванулся из глубины желудка наружу, и его с трудом удалось удержать. Нагнувшись к перилам, Светка терпеливо ожидала.
