— Из тебя учитель…
Отец вышел из ванной с полотенцем в руках, волосы у него мокрые и взъерошенные, губы — синие.
— А ты знаешь, дорогая, сколько важных бумаг было подписано людьми, которые лыка не вязали? Знаешь?.. И сколько этих самых людей, похмелившись наутро, принимались натирать мылом шнурки?"
"Мама махнула рукой: отстань. Сергей внимательно смотрел на отца.
— Тебе что, плохо было? — спросил он.
Родители молча недоуменно переглянулись. И вдруг оба прыснули со смеху, как школьники — у них это, честно говоря, по-дурацки получилось.
— С чего ты взял?..
Сергей пожал плечами.
— Так. Ничего.
Он заперся у себя в комнате, уселся на кровать. Здесь очень тихо, дверь обита ровными брусами пенопласта — отец принес, когда еще работал главным инженером на базе. Голубым призрачным ночником на письменном столе мерцала видеодвойка.
Маленькая ступня вынырнула из-под одеяла, сонный голос прошептал:
— Кто-то пришел?..
— Спи, — сказал Сергей.
— Родители, да?
— Спи, говорю.
Он вставил какую-то пленку, включил видак.
Потом сидел, тупо уставясь в мерцающий экран, на котором жили обычной жизнью красивые герои: ели, пили, трахались, гоняли на автомобилях, стреляли друг в друга. Если отбросить стрельбу, то ситуация была стопроцентно узнаваемой. Все так живут. Хотя и не так красиво. В конце ленты была дописана какая-то порнуха. Сергей выключил двойку, открыл настежь окно, чтобы вышел сигаретный дым. Разделся и лег в постель.
Дыхание, щекочущее кожу на его щеке, уже не отдавало «Колгейтом».
В дверь постучали.
— Это я, Сергей, — негромко сказал отец. — Выходи, разговор есть.
Сергей вспомнил, в котором часу его просили явиться завтра в контору, шумно втянул в себя воздух.
— Иду.
Игорь Матвеевич сидел за кухонным столом. В нем мало осталось от того шумного, говорливого мужчины, который совсем недавно вернулся из своего любимого кабачка; кожа на шее собралась складками, сквозь волосы на макушке проглядывал бледный череп. И губы — синие, как у мертвеца. С недавних пор Сергей знал: так бывает, когда отец пьет несколько дней подряд.
На столе стояла откупоренная бутылка водки и две рюмки.
— Я не буду, папа, — сказал Сергей, — щурясь от яркого света. — Что случилось?
— Садись… Я, пожалуй, тоже воздержусь на этот раз.
Он встал и поспешно убрал водку в холодильник. На нем серые спортивные брюки, ноги в них кажутся совсем худыми.
— Светлана Бернадская — она твоя подружка? — спросил отец. — Ты встречаешься с ней?
— А что?..
— Ну, просто хочу знать.
