А Мамонт предупреждал, что они не успокоятся.
Надо вернуться и позвонить. Набрать «02»: «Что за происшествие на Некрасовской, почему поднимаете городского следователя?» И все станет ясно.
Денис успел спуститься на несколько ступенек к дверям своей квартиры, когда услышал этот мягкий звук внизу.
Шр-шр-шр-шр.
Ритмичный шорох одежды. Близко. Охотника в каменных джунглях выдают не шаги, а кожаная куртка.
Значит, они все-таки поднимаются. Они придержали дверь подъезда, когда входили; возможно, даже плеснули машинного масла на петли и пружину, чтобы не скрипнуло.
И теперь они совсем близко, двумя-тремя пролетами ниже.
Денис окончательно понял, что приехали за ним. Точнее, за его жизнью.
Но вместо того, чтобы бежать в квартиру, Денис остановился как вкопанный. Он успеет открыть дверь, конечно, — если даже принять во внимание, что люди внизу, услышав звук ключа, поворачиваемого в замке, перестанут таиться и сразу откроют огонь. Денис успеет захлопнуть дверь и упасть на пол.
А мама?.. Успеет? Она выйдет на шум в прихожую, чтобы задать свой коронный вопрос (""Что случилоо…
""). И дверь разлетится в куски. Три сантиметра клееной древесины, два листа ДВП — кирпичом прошибешь!
Денис, не дыша, прилепился спиной к стене. Дверь осталась слева на расстоянии вытянутой руки.
Тихо погас свет на площадках первого и второго этажей; стало темней, чем с зажмуренными глазами (отключили рубильник?). Шорох совсем близко, он кажется оглушительным. Ствол «макара» уставился в страшную темноту, но он не готов к стрельбе, надо дослать патрон, а лязг затвора сразу выдаст его с головой…
Денис таращил глаза, пытаясь различить приближающуюся тень.
Две тени, три тени.
Сколько? Где?..
И вдруг над его головой прогремел дверной звонок. Словно в уши ткнули заряженным конденсатором.
Денис вздрогнул, зубы клацнули от неожиданности. За дверью залаяла Джоди.
Они уже здесь.
Мама, не открывай!
— Кто там? — послышался ее тихий встревоженный голос из-за двери.
— Скажите Денису, что его ждут, — пророкотало совсем рядом, где-то на двухметровой высоте.
— Как ждут? Он давно вышел!
Молчание. Денис представил себе мамино лицо. Ужас. Истерика. Конец света. Она прислоняется к двери, зажимая рот рукой, пытается осмыслить эту несуразицу.
— Как вышел?! Где же он?
— Давай быстро вниз!
Их двое. Не самый худший вариант. Денис резко дернул затвор, оглушительный лязг прозвучал неожиданным выстрелом.
