Далее, тот барон, что притащил меня сюда — сначала он должен вылизать языком мою камеру, я ему лично обещал это удовольствие. А после хочу, чтобы его повесили на главной площади, вместе с начальником местной полиции. Конечно же, все их имущество без всяких налогов должно отойти мне. Не роду Нагибиных, а лично мне.
Ну, и конечно же, я хочу достойную компенсацию от империи за оскорбление моего достоинства. Тут уж пусть император сам думает, как меня задобрить, потому как я сейчас очень злой.
— Вы понимаете, что если по остальным пунктам проблем, я думаю, не возникнет, то вот с первым… Приезд императора по щелчку пальцев простого графа — нонсенс.
— Ну, вообще-то я не простой граф, а потом мне в принципе плевать на ваши политические заморочки — вы кругом передо мной виноваты, вот и думайте, как извиняться будете. Опыт с моим дедом, когда вы его засунули в тюрьму, похоже, ничему вас не научил. Тогда вы смогли его задобрить, но я — не он. К тому же инфляция и все такое. Заплатить придется намного больше. Ну, а пока вы решаете, что делать, выслушиваете гневные крики Павла Шестого…
— Пятого.
— Да хоть двадцать пятого — мне похер, — я поживу в свое удовольствие. Но не забываем, что часики тикают, проценты капают, а обитатели Проклятых земель замерли на низком старте. Вы все равно сделаете так, как я сказал, потому что у вас выбора нет. И да, я официально заявляю, что буду бороться за место главы рода. Считаю, что мой отец не может исполнять свои обязанности, пора ему уйти на покой.
— Вы же понимаете, что начав сотрудничество с шантажа, вы ни к чему хорошему не придете?"
"— Гена, посмотри на меня и скажи это еще раз.
Да в моей жизни вообще нет ничего хорошего. Меня окружают одни подонки и идиоты. Этот мир настолько прогнил, что удивляюсь, как все остальные не чувствуют его вони. Я проехал через много городов и везде видел беспредел, творимый аристократами и властью. Так что взывать к моему человеколюбию бесполезно, потому что его нет и в помине. Так что решайте, а я пока еще посплю.
— Мне не нравится ваша фамильярность, Ямир, — поморщился он.
— Так посмотри на себя и на то, как ты начал разговор со мной. По статусу мы равны, и я не давал тебе разрешения мне тыкать. А теперь пошел вон — надоел! А если считаешь себя оскорбленным, можешь вызвать меня на дуэль.
— Думаю, мы поступим несколько иначе, — вдруг так злобненько усмехнулся он, и в этот момент в комнату вошли четверо спецназовцев с дубинками. — Эти парни помогут вам принять нужное решение.
