Шувер и сам все это прекрасно понимал, но ни отдать долг не мог.
Подняв праву ладонь, он с облегчением наблюдал за тем, как исчезал один из многочисленных тонких шрамов, видимых лишь ему. Очередная клятва на крови была исполнена.
— Война, Шувер, уже у нашего порога. А как минимум три из семи аристократических клана, вместо того, чтобы служить мне опорой, лишь мутят воду, — Морган сцепил пальцы домиком и посмотрел прямо в глаза главе Тайной Канцелярии. — А может нам, пока военное положение, сократить поголовье буйных голов?
Декой вновь посмотрел за спину Императору.
— При всем уважении, мой Император, но…
— Да-да, — отмахнулся Морган. — ты опять не видишь дальше своего носа, мой драгоценный друг. Благо, из всех остальных, он у тебя самый длинный, именно поэтому ты и глава Тайной Канцелярии…
Шувер лишь поклонился. Его чувства не были задеты. По сравнению с такой акулой интриг, как Морган Бесстрашный, он даже мальком себя не чувствовал. Так — планктоном.
— Мы потеряли одного из сильнейших Великих Героев нашей страны, Шувер, — глаза Моргана были пропитаны сталью.
— а Ласкан приобрел себе мальчишку, который владеет Истинным Королевством Парного Клинка. Чаша равновесия качнулась не в нашу пользу.
— Но…
— Но армия, которая стоит за спиной юнца, состоит только из мертвых. Я ни вижу ни одного живого Ласканского воина. А значит, старуха хочет просто выгодно разменять свою подгнившую пешку. И я не собираюсь отдавать под этот размен больше, чем могу себе позволить.
— А если кто-то из этих детей оставит там свои головы. Они ведь — элита! Из каждого, в будущем, мог бы получиться Великий Герой!
Морган пожал плечами.
— Не только Сальм умеет одним камнем нескольких зайцев бить, — туманно ответил Морган. — А теперь ступай, Шувер. Думаю, у тебя есть кем в данный момент заняться.
— Тарезы… — с этим словом на устах Декой поклонился, развернулся, а затем покинул кабинет.
Какое-то время Император Морган просидел в тишине, а затем повернулся к одному из пергаментных столбов.
— Ректор…
Бумажный столб завибрировал, пришел в движение, а затем опал осенними листьями. Вместо него на ковре кабинета стоял сухой старичок, опирающийся на простую трость.
— Ваше Императорское Величество, — поклонился он. — Вы вызывали меня.
— Да, — кивнул Морган. — Я бы хотел поговорить про Наставника Макина и его эксперименты."
"Ректор бросил быстрый взгляд на пергамент, лежащий на столе Императора.
