Сердце Дракона. Девятый Том. Часть 2

Это была не рана, но жуткий шрам, который порой кровоточил.

— Шесть лет, мой ученик. Шесть долгих, полных дерьма и крови лет, мой ученик.

— Но…

— Мне не было скучно, — перебил Орун. — С ними мне впервые не было скучно. Каждый месяц мы бились с армиями целых королевств. Мы захватывали города. Мы ели от пуза, а недостатка в женщинах не было. На самый разный вкус. От девственниц, до матерей этих самых девственниц. Захваченный город всегда отдавался нам на трое суток…

Хаджар выругался.

— Проклятье, Орун… Проклятье… Проклятье!"

"— Да, — кивнул Великий Мечник.

— Я проклят, мой ученик. Может этого не видно, может на мне нет метки. Но я знаю, что я проклят. И, когда умру, праотцы не встретят меня объятьями. Что бы я не сделал, сколько бы пользы я не принес этой проклятой стране, сколько бы жизней я не спас — меня ждет забвенье. Меня ждет бездна, куда меня столкнут мои собственные предки. Никакого перерождения, для Оруна, мой ученик. Никакой следующей жизни и славы в доме праотцов для Кровавого Меча Солнечного Дня.

Они молчали. Молчали так долго, что успел потухнуть костер.

— Что было дальше?

— Дальше — я очнулся в горе трупов. Видят боги, Хаджар, я отправил к демонам не меньше десяти тысяч этих ублюдков. И, видят демоны, я был бы рад, если бы нашлась рука, которая и меня отправила бы следом, но… Я остался жив. Я вновь был сильнейшим. Стоя на горе трупов, я вглядывался в ночное небо. Такое же, как сейчас над нами.

— И что ты сделал?

— То же, что и раньше, — пожал плечами Орун.

— Я убрал меч в ножны и отправился на тракт. Искать того, кто сможет меня прикончить. Но, с каждой битвой, я становился лишь сильнее. И так, пока не встретил её. Безымянную девушку…

Глава 800

Глава 800

— Почему ты говоришь, что она безымянная? — спросил Хаджар.

Возможно могло показаться странным, что он до сих пор продолжал говорить с Оруном, а не плюнул ему в лицо и не ушел. Может, на мгновение, ему и хотелось так поступить.

Но кто, в таком случае, плюнет в лицо самому Хаджару? Он не тот человек, что мог бы судить Великого Мечника.

Особенно после стольких веков верной службы Дарнасу.

— Нет, разумеется родители дали ей какое-то имя. Как иначе… но я его так и не узнал, — боль в глазах Оруна сменилась оттенком радости. Радости, которую позволяет себе испытывать человек, страдающий муками совести. — Она была слепой танцовщицей, Хаджар. И встретил я её в лагере народа Керен.

— Керен… бродячий актеры?

— Именно они, — кивнул Орун.