И чтобы никогда не узнала, что была рождена практикующим ступени Формирования.
Да, она будет сильнее большинства смертных. Выносливее. Красивее. Моложе. Но… когда придет время разбить свои энергетические тела, их дочь тоже проснется без ядра силы.
Может быть это был бесчестный поступок — принимать такие решения за другого человека.
Но этот человек, маленький человечек, ничего не знал о мире боевых искусств. О том одиночестве, о той боли, что тот несет с собой. И то, что родители не хотели ребенку той же судьбы, что прошли сами… что же, пусть их дела судят праотцы.
И все же, что-то останавливало Хаджара."
"Теми вечерами, когда Аркемейя и их дочь засыпали, Хаджар оставался вытачивать игрушки для деревенских ребят. Он курил трубку, слегка касался пальцами струн своего старенького Ронг’Жа, неспешно пил мягкую брагу, наслаждался ночным покоем и пытался заставить себя разбить Синий Клинок.
Но каждый раз…
Каждый клятый раз он не мог заставить себя поднять половицу, достать меч и закончить путь верного друга и товарища и…
— Дядька Хаджар! — закричали снизу.
Хаджар посмотрел на землю. Там стоял мальчишка чуть старше, чем их дочь. Чумазый, в драных холщовых штанах, с мокрыми от слез щеками и всклоченными рыжими волосами.
Пермовка всегда хорошо следила за Цветиком и тот никогда не выглядел таким оборванцем…
— Что случилось? — тяжело спросил Хаджар. — Опять балагуры с соседней реки и…
— Разбойники! — выдохнул Цветик. — Разбойники на центральной площади!
Хаджар выругался. Примерно раз в сезон в деревню наведывались работники топора и ножа.
Но чаще всего Хаджару и Аркемейи удавалось почувствовать их приближение и сделать так, чтобы разбойников встретили не селяне, а рыцари с ближайшей заставы.
— Как они…
— Дядька, они… они… — Цветик вытер слезы. — один из них сжег тетку Клецию.
— Сжег? — удивился Хаджар.
Разбойники, обычно, раздавали щедрых тумаков. Может кому руку ломали. Но никогда не опускались до убийства. Потому что знали, что в таком случае рыцари заставы днем и ночью будут искать их по всей долине.
— Да! — в глазах ребенка поселился ужас. — взмахом руки…
Хаджар выругался.
— Ваша жена, она…
Цветик не договорил. Он вообще не понял, что произошло. Дядька Хаджар, которого он знал с детства, простой плотник с очень твердым взглядом, вдруг переместился с крыши амбара к нему вплотную, подхватил его как пушинку, а затем мир превратился в сжатую полосу.
Когда же Цветик снова смог видеть, то они уже стояли на главной площади.
Цветик быстро бегал.
