Многочисленные пробоины, порванные паруса, палубы залитые кровью, раскуроченные пушки, сломанные кристаллы накопители и разбитые иероглифы.
Адепты, покрытые многочисленными порезами и глубокими ранами, похожими на те, что оставляет меч, повисли, без сознания, на страховочных канатах.
У многих крепчайшие, Императорские артефакты превратились в сплошные лохмотья. Метал впивался в кожу и мышцы, разрезал и дробил кости."
"Ядра каждого из них оказались полностью опустошены, а энергетические тела повреждены до такого состояния, что еще немного и они бы, вслед за всеми, кто находился на “Перьях Грифона”, отправились бы к праотцам.
Те, кто не помер от ужаса, умерли от эха удара тени седовласой фигуры. Кровь стекала с падающего на землю корабля.
Вскоре он исчез в джунглях.
В небе же, после того как пропал голодный мрак, не осталось и следа от Ласканской эскадры и грозовой тучи. Ничего – только ясное, чистое небо, на котором, лишь изредка, проглядывались черные всполохи. Вспышки, похожие на силуэты меча.
А среди них постепенно меркла и исчезала тень фигуры в черном плаще.
Ветер трепал её волосы, а взгляд был направлен в небо. Если бы кто-то находился рядом, то услышал бы страшные слова:
– Надеюсь вы слышите меня, лже-боги. Скоро я вернусь и уничтожу этот мир.
Глава 850
Открыв глаза, Хаджар действительно на пару секунд подумал, что попал в бездну к демонам. Вокруг него крутились какие-то черные фигуры, наряженные в цветастые одежды, гремящие костяными и каменными бусами, а сам он лежал около жаркого костра.
Костер, который своим жаром обжигал Рыцаря Духа начальной стадии, в чьих жилах текла кровь Хозяина Небес, а энергетическое тело было укреплено Волчьим Отваром орков?
Сложно представить, кто мог разжечь подобный огонь и хворост какого дерева использовались для его поддержания.
– Ulsha ashani kum-kum, – обратился к Хаджару ближайший демон.
Он положил ему, пытающемуся подняться, ладонь на грудь и Хаджар, вскрикнув от неожиданной боли, вновь погрузился в глубокое забытье.
Странно, но перед этим ему показалось, что он чувствует запах дождя и видит перед собой волну черных волос. Черных, женских волос.
– Derek! – упавший с неба мужчина, принесенный в деревню слишком доброй Анетт, выкрикнул что-то на своем языке и попытался встать.
Говорящий с Природой племени Текмет положил ему на грудь свою ладонь.
– Успокойся, воин, тише-тише, – после этого он пропустил через свое тело, внутрь природных потоков чужака немного своей силы.
