Следующим, что промелькнуло в её сознании – если способна двигаться она, то и демон тоже мож…"
"Командир стражи, последний кто остался из “государевых”, ощерившись в диком оскале, обрушил молота прямо на голову Аркемейи.
Та уже не успевала увернуться от удара, а защититься саблями — с тем же успехом она могла подставить под удар кленовый листок.
Единственное, на что у неё хватило времени, усилием воли заставить вылететь из пространственного артефакта талисман, переданный ей Хаджаром.
По какой-то безумной иронии он действительно выглядел как пожухлый кленовый лист.
Но, стоило ему коснуться противника, как Аркемейя, бывалая охотница на демонов, увидела нечто, чего еще долго не сможет забыть.
Командир стражников застыл, а затем начал реветь раненным животным. Вопль, полный ужаса, звенел в ушах Аркемейи; с ним же смешивался треск сминаемой стали, хруст ломаемых костей, хлюпанье крови и шлепки разрываемой плоти.
Демона ломало, крутило, словно его повесили на дыбу, которая работало по обратному принципу.
Невидимая, но непреодолимая сила втягивала его внутрь талисмана.
Кленовый листок дрожал, вибрировал и продолжал пожирать демона. Тот уже выронил свой молот и, вопя, пытался цепляться хоть за что-то, но…
Спустя секунду кровавого шоу он исчез внутри талисмана, а сам листок, вспыхнув в последний раз, трухой разлетелся по ветру.
Прокашлявшись, Аркемейя поднялся с земли и взмахом руки отправила внутрь пространственного артефакта уцелевший молот.
— Кажется, – позади прозвучал тяжелый хрип.
— я просил не тратить этот артефакт.
Охотница пожала плечами.
– Если бы кто-то не использовал свою технику, то мне бы не пришлось расходовать это… чем бы там оно ни было. Где раздобыл-то подобное?
Хаджар ничего не ответил. Качаясь, с лицом, залитым кровью, он подошел к головной крытой телеге, чем-то похожей на дилижансы, пересекавшие Море Песка.
— Доброго вечера, достопочтенный Хадгир.
— И тебе, достопочтенный Гур’Бат’Нагун.
Они посмотрели друг на друга. Старый знакомый, который подвозил их до города, сжимал щупальцами поводья и даже не думал бежать.
В его глазах блестела спокойная обреченность.
– Я не люблю боль, достопочтенный Хадгир… пусть это будет быстро.
— Конечно… да будет Вечность к тебе благосклонна, Гур’Бат’Нагун.
— Она благосклонна ко всем нам, Хадгир… человек. Потому она и вечна.
Демон, чья голова слетала с плеч, так и умер с легкой полуулыбкой на устах.
Глава 1164
Хаджар стоял посреди широкого поля.
Смеркалось.
