В его внешности не было ни единого намека на схожесть с королевской родословной.
– Я бы и не подумал вас травить, – и Васлиа залпом осушил предложенный “бокал”. - нет, внешне – конечно нет. Но что-то вас есть, что было и в Хавере. И что, увы, отсутствует в нашем нынешнем Короле.
– Которому вы помогли занять престол.
Хаджар крепче сжал рукоять сабли. Видят боги, больше всего на свете в данный момент он хотел взмахнуть клинком и снять с плеч голову предателя.
– У меня не было выбора, – пожал плечами граф.
Он был спокоен и без всякого страха смотрел на своего палача. Граф знал, что ему уже не уйти живым. А потому не видел никакого смысла беспокоиться. Он просто пил дрянное вино и думал о семье.
Его наказанием за предательство станет вовсе не смерть, а то, что он так и не увидит, как выросли его дети. Помнили ли они его вообще? Или забыли, как о портящем репутации семьи пятне.
– Выбор есть всегда.
Васлиа лишь в очередной раз улыбнулся. Эта улыбка была одновременно снисходительной и уставшей.
– Молодые, – произнес он. – в ваших глазах мир так прост…
– Вы просто ищете себе оправдания, граф.
– Оправдания… интересно, а какие оправдания себе искал ваш отец, когда у него не было выбора?
Хаджар дернулся. Что-то такое он уже слышал от знахарки в деревне Долины Ручьев. Она говорила, что Хавер не был святым и у Примуса имелись все основания для мятежа. Вот только сколько бы Хаджар не пытался нарыть информации по этому делу – так ничего и не обнаружил.
Никто и ничего не знал.
– Что вы имеете ввиду? – спросил он.
Васлиа лишь смотрел за окно. Он вглядывался в бесконечный космос и звезды отражалась в его взгляде. Вряд ли граф все еще оставался в своем уме.
– О чем ты говоришь, старик?! – Хаджар схватил графа за плечи.
Упал на пол деревянный стакан. Пролилось красное, пахучее вино. Дешевое и невкусное – единственное развлечение Васлиа в течении последних десяти лет. Он нему привык и порой ему казалось, что в нем он ощущает вкус губ его жены и запах волос дочерей.
– У него была моя семья, – бормотал он, а в глазах не было ни единого проблеска разума. Лишь отражение ночных светил. – Примус грозился отдать их солдатам на развлечения… я ничего не мог поделать… ничего.
– О моем отце! Что ты говорил о моем отце.
Внезапно во взгляде разума промелькнул отблеск разума.
– Я рад, что вы выжили, мой принц, – произнес он."
"Возможно, Хаджар был слишком занят собственными мыслями, может – вмешалась сама судьба.
