Хаджар, мгновение назад стоявший в нескольких метрах от противника, внезапно перенесся её за спину. Он спокойно убирал меч в ножны, а в этот момент затихал крик дознавателя.
Её голова, следом за кистью, скатилась на землю. Тело, вздрогнув п посмертной агонии, застыло.
– Убирайтесь, – произнесла генерал Лин.
Солдаты расступились и толстяк, будто испуганный дворовый пес, бросился на выход. Он то и дело путался в своих одеждах пока, на манер юбок, не подобрал их. Под дружный смех солдат сверкали его гладко выбритые лодыжки.
Следом семенили “золотые” солдаты. Процессию замыкал граф.
Бросив быстрый взгляд на неподвижного Хаджара, он отдал честь генералу и отправился следом за коллегой.
В это время к Хаджару уже подходил Неро.
– Дружище, ты ка…
Взгляд старшего офицера стал стеклянным. Он все так же стоял прямо и держал руку на мече, но его сознание уже было не здесь.
Неро приложил ладонь к груди товарища и облегченно выдохнул, ощущая мерный стук сердца.
– Кто поможет мне отнести офицера к лекарю?! – крикнул Неро.
Воины разом сделали шаг вперед.
Сложив из щитов носилки, они посрывали со спин плащи и укрыли ими импровизированные носилки. Бережно уложив на них бессознательное тело, они подняли Хаджара над головой. И десятки тысяч солдат, стуча оружием о щиты, отправились к лагерю “медвежьего” отряда.
Хаджар очнулся на третий день. Чуть кривясь от боли, он принял сидячее положение и огляделся.
Да, давненько он уже не бывал в лекарском шатре. Уже и забыть успел как здесь всегда свежо и просторно.
И около постели всегда стоит кувшин с кислой, но вкусной водой.
– Старший офицер, – тут же с соседних постелей повскакивали пятеро виновников произошедшего.
Забинтованные, выглядевшие даже хуже, чем их спаситель, они тут же рухнули на землю и с силой опустили на неё свои лбы.
– Мы благодарим вас и просим наказать соответственно уставу! – хором кричали они.
– Наказать, – вздохнул Хаджар.
Он посмотрел на них. Тех, с кем сражался плечом к плечу во время битвы с кочевниками.
Одного он даже помнил – именно он прикрывал их с Неро, пока они бежали на баррикаду. Может, если бы и не было этого стрелка, то…
– Слушайте ваше наказание.
– Да, старший офицер! – ударили лбами о землю солдаты."
"– Ваше наказание – так же достойно сражаться на войне с Балиумом, как вы сражались в битве у хребта.
Ошарашенные солдаты подняли головы и увидели спокойное лицо Хаджара. На нем не отражалось ни злобы, ни ненависти. Он выглядел так же, как и всегда.
