Сердце Дракона. Том 20

Его движения стали плавными и быстрыми, и ноги едва касались земли, когда он прорывался сквозь поле боя.

— Старик! — выкрикнул генерал, призывая к ответу предателя горцев.

Тело Хаджара превратилось в сплошное пятно, настолько быстрое, что казалось, будто он и вовсе не обладал плотью. Смерчем, сеющим смерть и разрушение, где каждый взмах меча и каждый выпад порождал лавину режущего ветра, Хаджар рубился с противниками.

Его меч, Синий Клинок, сверкал в руке, рассекая воздух, и каждый удар вытягивал из противников полоски крови, впитывающиеся в сталь артефакта.

Противники, пытавшиеся парировать его атаки, внезапно обнаруживали, что их оружие изменяло траекторию, запутываясь в полотне встречного ветра, а их ноги будто переставали ощущать землю — настолько сильны оказывались восходящие потоки ветра от простых шагов и движений генерала.

С каждым мгновением связь Хаджара с ветром становилась все сильнее, его чувства обострялись, а рефлексы заставляли горцев думать, будто противник может видеть будущее.

Хаос кипящей битвы, казалось, замедлялось вокруг генерала, чье сознание стало настолько острым, что он мог видеть отдельные капельки пота, выступившие на бровях противников; минутную дрожь в их мышцах, когда они пытались не отстать от его неудержимого порыва.

Когда Хаджар буквально пробивал путь сквозь ряды противника, Небесные Лисы следовал за ним, и их объединенная мощь была силой, с которой приходилось считаться.

"На другом конце поля боя Аргунг, в броне с ледяными узорами, возвышающийся над остальными воинами из отряда Старика, размахивал своим массивным, огромным мечом с силой, которая действительно больше подходила бы дракону, чем человеку. Каждый его громовой удар вызывал снежные вихри, которые обрушивались на Небесных Лисов, и если бы не защитные техники, то одних бы этих ледяных бурь хватило бы, чтобы порвать в клочья их всех.

Другие члены двух отрядов сражались с одинаковой яростью, их техники и заклинания сталкивались и переплетались в ослепительной, смертоносной демонстрации мастерства и магии. Летэя раз за разом обрушивалась градом ударов копья, каждый из которых был пропитан силой, скоростью и смертоностью рассекающей ночное небо кометы.