На сей раз она не напоминала ни о своем происхождении, ни о висельниках с Салиганом, и это тоже было достойно.
– Кто-то идет. – Руки красавица все же стиснула. Не забыть сказать ей, чтобы сняла кольца.
– Я слышу. – Спокойно… Спокойно, графиня Савиньяк, урожденная Рафиано, не позорь своих мужчин. – Любопытно, это Пьетро или наш милый теньент?
Скрипнули, почти взвизгнули дверные петли. Как громко… Впрочем, у страха слух, как у кошки, вот мозгов у него куда меньше, значит, долой страх.
– Брат Пьетро, мы в вашем распоряжении.
Что нам делать?
– Пока всего лишь ждать.
С четками монашек не расстался, но взор больше не опускал. Таким он еще сильней напоминал Ли и при этом был откровенен, как Райнштайнер в Сэ. Вкратце объяснил: драка за стенами аббатства еще идет и погромщики все прибывают."
"– Заблудших уже столько, – длинные пальцы невозмутимо отсчитывали плохонькие жемчужины, – что оставшиеся в Нохе гвардейцы с ними не справятся. Их просто не хватит, чтобы удерживать стены на всем протяжении. Прорыв неизбежен, после чего у гарнизона останется два выхода.
Уходить или забаррикадироваться в резиденции его высокопреосвященства.
– Вы думаете, – дала понять, что она еще соображает, Арлетта, – что подмога придет?
– Это маловероятно.
– В таком случае загонять себя в мышеловку нелепо. Если, конечно, Ноха не окружена…
– Нет, сударыня… пока нет. Я согласен с вами, и я посоветовал офицерам, как только бунтовщики преодолеют внешнюю стену, вывести солдат через внутреннюю Ноху к Желтой площади.
Непонятно, ради чего защищали аббатство городские головорезы, но у церковных гвардейцев в отсутствие его высокопреосвященства этой причины явно нет.
«Защищали»… Значит, эта защита уже в прошлом.
– Эти головорезы разбежались?
– Нет, сударыня, они погибли.
– Все?
– Насколько я мог понять, все. Если капитан решит уходить, можно будет…
Топот ног по лестнице, распахнутая дверь. Долговязый солдат из десятка Габетто. Значит, уже «не можно».
– Брат, дело плохо…
Уединяться с гонцом Пьетро нужным не счел, выслушал на месте, не стесняясь дам и не пытаясь их обмануть.
Оказалось, что где-то с северной стороны больше полусотни одержимых перебрались через стену. Их перебили, но сейчас лезут в других местах, так что всё, считай, внешняя Ноха захвачена. Габетто сейчас будет здесь, он просит поторопиться со сборами. Очень просит.
Солдат выпалил свои новости и с тем же топотом унесся вниз. Правильно, сейчас не до поворотов через левое плечо. И не до слез.
