– Надо найти Мэйталя… – Робер по примеру Никола смахнул с мундира крошки и понял, что все еще голоден. Нашел время! – Конечно, можно послать и Халлора… Гедлера.
– Мэйталь со своими, как и договаривались, сейчас на Триумфальной и вокруг Ружского, – напомнил Никола, – там пока тихо.
– Вот и прекрасно! Кортеж как раз пойдет по Триумфальной, пусть там церковники и присоединяются. – Да уж, «прекрасно»! Принца собирались отправить завтра, а сегодня рассчитывали на помощь серых в городе. – Никола, я не хочу оставлять те места без присмотра.
Выдвинем к Ружскому полсотни наших из тех, что в резерве. И роту гарнизонного полка…
– Монсеньор, мои люди не в резерве. Они сопровождают вас.
– Никола!
– Дювье охраняет вас. И будет охранять, а к Ружскому можно отправить Блора.
– Лэйе Астрапэ, кого?!"
"– Полковника Блора, Монсеньор. Мне понятно ваше удивление, но после исчезновения Окделла Блор не дал ни единого повода для недоверия. Он был втянут в мятеж так же, как и Халлоран.
– Он сейчас в Новом?
– Да, за Святым Квентином. Там не слишком горячо, стража справится и без северян.
– Хорошо. В случае беспорядков на Золотой и рядом туда можно направить и Блора.
Дювье никуда не уйдет, это ясно. Собственно, Никола о таком предупреждал. Южане будут сперва защищать «Монсеньора» и лишь потом – выполнять его приказы. Кэналлийцы подчинились бы, а эти – нет! Разве что Иноходец станет Вороном, который без раздумий отдаст приказ стрелять по толпе.
И под ядра пойдет тоже не оглядываясь.
– Никола.
– Да, Монсеньор?
– Пошлите в арсенал за гранатами.
Глава 2
Талиг. Оллария
Бергмарк. Агмштадт
400 год К. С. 7-й день Летних Молний
1
То, что она висит на руках раненого мужчины, и не абы какого, а самого Проэмперадора, Луиза сообразила, едва открыв глаза. Госпожа Арамона приходила в себя, как и просыпалась, сразу, правда, объятия полуодетого окровавленного Савиньяка на пробуждение походили мало. Стараясь не шевелиться – Лионель казался половчей Эйвона, но страх быть уроненной продрал глаза вместе с хозяйкой, – госпожа Арамона обеспокоенно заметила:
– Сударь, вас надо перевязать!
Граф односложно согласился и, не выпуская ноши, куда-то отправился.
Захлюпало – в довершение всего ее тащили по воде. Луиза видела только Савиньяка по грудь и веселенькое синее небо, а вертеться было себе дороже.
– Поставьте меня. Вы ранены, я пойду сама.
– Вы промочите ноги.
