Ставро, передашь стратегу, я исполню все его пожелания!
Вот как сказанулось, и писать не нужно!
– Стратег узнает обо всем, – толстяк был все еще хмур и красен. – О негодяе, которого вы держите.
– Поешь лучше, – отмахнулся Капрас, – и отправляйся.
– Я требую извинений, – Ставро уселся за спорный стол и спихнул какую-то крышку. Запахло лимоном. – Или эта гнусь будет мне прислуживать, или ей ошпарят руки. У меня на глазах.
– Чушь! – Маршал обернулся, адъютанты вопреки приказу были на месте.
– Распорядитесь, чтобы Ставро и его охрану накормили. Само собой, не здесь!
– Я требую извинений! – уперся, видимо, укушенный Пургатом чудак. – От вас! За твоих мерзавцев спрос с тебя! И не думай, что стратег тебе спустит!
– Стратег не спустит тебе, – как мог спокойно сказал Карло. – Уймись.
Совет пропал зря, вернее, не пропал, а стронул лавину. Ставро не унялся, куда там, но Микис был забыт, настала очередь Турагиса.
– Да куда он без меня! – брызгал слюной расходившийся толстяк, никого не слушая и, похоже, не соображая. – Стратег, как же! Ни мозгов, ни денег, так бы лошадям хвосты и крутил… В приграничной дыре… Это я его к делу пристроил. Я, Ставро Зервас! Как скажу, так и будет. Старый пень за меня всех заживо сварит! И тебя с девкой твоей, то-то повеселимся…
– Йорго, – велел Капрас, – доставишь этого красавца в Речную Усадьбу, все расскажешь, а заодно передашь, что я принял приглашение стратега.
– Да, господин маршал.
– Выполняй.
– А ну стой! – Ставро вскочил, опрокинув стул, схватил тарелку, грохнул об пол, потянулся за следующей. – Придурок! Тыква мундирная!
– Разрешите взять драгун? – адъютант, молодчина, был спокоен.
– Бери, – сквозь грохот и звон разрешил маршал, – и дай пистолет.
Стрелять Карло не собирался, но взять в руки оружие захотелось.
– Сейчас, господин маршал. Только что зарядил… А ну, поставь!
Йорго всего лишь спасал алатский бокал, но беснующийся толстяк вздрогнул и замотал головой.
– Поставь.
– Слушаюсь…
Спасенный хрусталь вернулся на стол, а для разнообразия побелевший придурок таращился на пистолет в адъютантской руке. И дрожал.
– Господин маршал, – лепетал недавний храбрец, – простите! Я забылся… Сам не знаю, как вышло.
