Ваши люди не скрываются, по крайней мере некоторые из них.
– Вчера около пяти пополудни в здание посольства вошел секретарь конхессера Гамбрина.
– Совершенно верно. Я понял, что вас беспокоит. Уверяю вас, это не имеет прямого отношения к сегодняшнему приему, и вам не следует ждать от нас никаких сюрпризов. Гамбрин предложил поделиться со мной оказавшимися в его распоряжении сведениями. Поскольку я, как и мои товарищи, лишен полагающейся мне по статусу связи как со своей державой, так и с регентом Талига, я счел уместным воспользоваться предоставленной мне возможностью.
– Что именно сообщил вам конхессер?
– Боюсь, я не могу ответить на ваш вопрос.
– Боюсь, я вынужден настаивать… – К кошкам экивоки, все равно недополковнику экстерриором не стать! – Гамбрин убит, и убит в Старом парке. Если вы с ним встречались, то на обратном пути, если не встречались, то по дороге к вам.
– Простите… Могу я узнать подробности?
– Извольте. Около четырех секретарь Гамбрина, ждавший в карете у парковых ворот, обратился к начальнику караула.
Тот дал ему в проводники сержанта…
– Я встретился с конхессером Гамбрином в Верхнем парке возле статуи девы с ланью. – Теперь дриксенец говорил как военный. – Мы сделали два круга по дорожкам и попрощались.
– У статуи не нашли ничего особенного, но дальше на дорожке заметили кровь. Начались поиски, очень недолгие. Убийцы оттащили трупы конхессера и охранников в кусты, но этим и ограничились. Похоже, преступников было не меньше двоих. В зарослях у боковой калитки нашли арбалеты и кровавые пятна.
Очень вероятно, что кто-то из мерзавцев ранен, хотя следов схватки не обнаружено. Калитка взломана, она ведет на довольно-таки глухую улицу.
– Вы говорите об арбалетах. Застрелены все трое?
– Только телохранители. Конхессер очень умело заколот. Исчезли кольца, золотая цепь и кошелек. У одного из охранников пропал обручальный браслет, у обоих – пистолеты, по словам секретаря Гамбрина, очень хорошие."
"– Все указывает на ограбление, – медленно произнес Глауберозе.
– Все, кроме места и времени. Грабители не могли с ночи засесть в парке, не будучи осведомлены о нашей встрече, и я не знаю никого в обоих посольствах, кто может быть связан с местным отребьем. Тех, кому при нынешних обстоятельствах выгодна смерть конхессера Гамбрина, я тоже не знаю. Все, чем я могу помочь при поисках, это передать суть нашего разговора. Гамбрин сообщил, что моего кесаря разбил паралич и регентом при малолетнем Ольгерде стал его высочество Фридрих.
