Это одно из немногих мест, где тебя никто не услышит. Хочешь – смейся, хочешь – пой, хочешь – проповедуй…
Лестница кончилась, спуск продолжался, стало еще более сыро, с низкого потолка то и дело срывались тяжелые капли. Звук их падения, такой обычный наверху, в подземельях казался тревожным и исполненным древней злобы.
– Эр Рокэ, куда мы идем?
– Надеюсь, что домой.
– Домой?!
– Ну, или что-то вроде того… Пока мы не начали подниматься, мечтай в свое удовольствие, а потом изволь очнуться. Если хочешь уцелеть, разумеется.
Но это еще не скоро, мы до реки и то не дошли.
– Вы тут бывали?!
– Бывал, – подтвердил Рокэ. – Ты лучше под ноги смотри…
Совет не был лишним – сломать или подвернуть ногу здесь было раз плюнуть. Пол туннеля изобиловал выбоинами, выступами и щербинами, и Ричард, несмотря на фонарь, то и дело спотыкался, а пару раз неминуемо бы свалился, если б не Рокэ. Бывший маршал по-прежнему держался за руку бывшего оруженосца, но Дикон уже не понимал, он ли ведет ослепшего Ворона, Ворон ли не дает ему свалиться.
Алва и не думал падать, мало того, он принялся сначала насвистывать, а потом и напевать. Раньше эр пел лишь в седле или напиваясь, видимо, свобода, даже такая, пьянила не хуже «Черной крови». Когда-то так раздражавшая Дика мелодия словно бы поднимала потолок, глуша и противный стук капель, и страх. Пол и тот словно бы стал ровнее, и, кажется, они перестали спускаться.
– Эр Рокэ, мы уже под рекой?
– Мы уже.
3
Ночные страхи – дело обычное. Можно бояться и при свечах, но попробуйте делать это, грызя соленые орешки.
Да еще под занимательный разговор, который давно пора переводить в полезный. Разбираться в похождениях мэтра Шабли и предполагаемом бегстве было занятно, но Арлетта намеревалась разобраться в кардинале. Рудольф и Бертрам ждали ее мнения, вот Ли занимало другое, но договор сына с Хайнрихом торил путь самым диким союзам.
– Мне надоели новые загадки, – графиня чуть-чуть передвинула шандал на столике, – тем более что родственники Паоло почти спокойны. Семью капеллана я не знаю, но и его больше искали чужие.
– Вы хотите выдержанных тайн? Что вы скажете об одиноком монахе?
– Брат Диамнид?
– Будем называть его так. Что вам больше по вкусу, поиски или находки?"
"– Поиски, если они не упрутся в пустой склеп.
– Вряд ли этот склеп пуст, и я не намерен вооружаться ломом и проверять… Начать же мне придется с себя. У меня было четыре причины попасть в Олларию. Забавное число… После смерти Оноре я понял, что в Агарисе мы проиграли.
