Сердце Дракона

— ты не просто так туда отправился.

— Именно, — не стал отрицать Карейн. — как и все мы, Хаджар… Как и все мы… Мне пришлось изрядно подергать нити своих связей, чтобы обмануть отца и заставить того думать, что в Карнаке есть некая подсказка относительно его мечты. Когда же Сальм клюнул, то уже именно он потратился, чтобы отправить меня с вами.

— А ты подумай немного, Хаджар. Подумай. Ты ведь что-то получил в той гробнице, так? И прекрасная Акена — тоже. Как и Дерек, да примут его праотцы. Так если трое из нашей компании не ушли с пустыми руками, то…

— То и все остальные — тоже.

— Именно так, — вновь улыбнулся Карейн. Между его белоснежных зубов теперь пролегали алые полоски. — Каждый ушел из гробницы с сувениром. Мой…

Тарез потянулся к поясу и Хаджар тут же обнажил Синий Клинок. Движения Тареза стали более плавными и спокойными. Он вытащил на свет на глазах осыпающуюся каменную плашку, выполненную в форме березового листа.

— Мой отец, своим ритуалом, истончил границу, отделяющую мир смертных от остальных, — Карейн вдруг осекся и повернулся к Хадажру.

— Знаю, — Хаджар вспомнил карту, которую в Пустошах показал ему Бессмертный послушник храма бога войны.

— Я, почему-то, не сомневался, — согласился с какими-то своими мыслями Карейн. — Этот медальон — пропуск в страну фейре. Вот только использовать его в любой момент не получиться. Только, так сказать, по особым случаям.

— И ритуал твоего отца идеально к нему подходил.

— Именно. Но оставалась одна деталь, — Карейн вновь повернулся к Хаджару и посмотрел на его одежды. — Мне нужно было что-то, что имеет отношение к стране фейре, чтобы не потеряться по пут между мирами. А тот факт, что ты интересуешься Тарезами, не секрет не то, что для меня — а и для моего отца.

— И это была одна из причин, по которой ты отправился в Карнак.

— Устроить несчастный случай в такой ситуации отдельно взятому адепту, пусть и ученику Великого Мечника Оруна — не такая уж большая проблема.

Они вновь замолчали.

Здесь его слышать было намного проще, чем в мире смертных. Но в данный момент Хаджара заботило нечто иное.

— Почему ты этого не сделал? Почему не убил меня? Ты ведь, в то время, мог это сделать.

— Убить… — протянул Карейн. — а почему ты не убил юного Париса?

— Страна фейре не терпит лжи, Хаджар, — вдруг перебил Карейн.