Сердце Дракона

Но и он не достиг даже стадии Формирования.

Сделать из таких армию, достойную Семи Империй?

У Хаджара имелось на это лишь несколько недель.

Он, как и в случае с Аркемейей, чувствовал, что скоро произойдет что-то непопровимое. И, самое жуткое, это никак не было связано с дружеским спаррингом против Белого Клыка, который должен был состояться через четыре недели.

Нет, чуть раньше, на пару дней, произойдет что-то совсем иного толка.

А значит, у Хадажра имелись в запасе три недели.

Три недели, на то чтобы из смертных сделать хотя бы практикующих Трансформации.

Ведь, чтобы создать армию, нужны не только оружие и доспехи, которые новобранцы притащили с собой. Пусть старые, пусть трех тысячелетней давности. Но хоть какие-то у будущей армии Хаджара имелись.

И даже не численость личного состава.

Для начала, армии требовалась библиотека — как стимул, чтобы солдаты занимались саморазвитием, а не только лямку тянули. После этого — система поощрения. Лекари. Алхимия. Провизия. Расквартирован. Четкая иерархия.

Но, в самой основе, лежали знания.

И именно к этим знаниям обратился Хаджар.

В его памяти находился весь свод стилей Хищных Клинков.

Он выбрал из них один. Самый беузмный. Самый беспощадный и безжалостный. Но не по отношению к врагу, а к тому, кто собирался его выучить. Ибо этот стиль обещал большую силу в короткий срок, но требовал просто невероятную плату.

Именно то, что требовалось Хаджару.

Хаджар отправил послания единственному человеку, на которого мог положиться.

Еще столько же они обещали доставлять каждые три дня.

Хаджар не знал, сколько денег это стоило клану Кесалия, но подозревал, что немало.

После этого Хаджар выбрал все те техники, которые смог скопировать за время службы в Лунной Армии, за время обучения в школе Святого Неба и просто, пока путешествовал.

Скрепя сердце, покрывая себя очередным бесчестием, он включил в них десятую долю того, чем обладала секта Лунного Света.

Так что название, к очередному смешку судьбы, у его армии оказалась соответственным: “Лунный Ручей”.

И только после всего этого, уже ночью, когда все спали, Хаджар сделал плац. И теперь, к рассвету, он смотрел на почти полсотни лиц и видел в них одно — стремление.

Стремление не к славе. Не к силе.