Сердце Дракона

Нет, это было поведение того, кто уже видел себя правителем Дарнаса.

Будущего Императора.

И, признаться, если бы Хаджар не услышал чего-то подобного, то разочаровался бы в Теции.

— Мой учитель, да примут его праотцы с хлебом и медом, ненавидел, но уважал вашего отца. К вам я не испытываю ни первого, ни, пока, второго.

— Справедливо, — кивнул Теций. — Тогда я постараюсь заслужить второе, но, видят боги, Безумный Генерал, я не боюсь первого. И законы гостеприимства не остановят меня, если, вдруг, мне придется сделать шаг наперерез тебе.

Да, определенно, Теций заслуживал того, чтобы называться преемником Моргана.

Хаджар украдкой, так, чтобы не видели бойцы, которые уже помогали Тому и остальным, протянул принцу руку. И тот пожал её. Только на этот раз каждый сжал так сильно, как только мог.

И теперь Хаджар уже не был так уж уверен, что сила принца была ниже, чем его собственная.

Хаджар стоял на вершине замковой башни, курил свою трубку и ожидал рассвета. Рассветы в долинах были несравненно прекрасно.

Жаль, что Хаджар видел их лишь несколько, да и то — так давно, что, казалось, будто в прошлой жизни. Там, в деревне, в лесу, в Долине Озер и Ручьев.

Где стояла хижина охотника Робина. Где просила сыграть на Ронг’Жа девушка, по имени Лида. Где люди жили простой, но честной жизнью.

Они охотились, сеяли, пахали, рожали и умирали. Веселились и грустили. Любили и ненавидели.

Порой Хаджару начинало казаться, что его и вовсе не существовало — этого места. Что он лишь увидел сон. Такой чистый, что в него хотелось поверить всей душой.

— Ты уверен, что не хочешь посмотреть на мануфактуру? — рядом с ним стояла Акена. Завернувшись в свой изумрудный плащ, она так же смотрела на восточный горизонт.

Хаджар обернулся на скалистый холм, в глубине которого и находилось крупнейшее производство боевых големов империи Ласкан.

— Нет, моя принцесса, не хочу.

Где-то там, внизу, во тьме, спал ребенок, которого отняли у матери. Император Ласкана…

— Я ведь говорила, Хаджар. Для тебя просто — Акена.

— Прости, за те мои слова. Они были сказаны не от чистого сердца, а от… Неважно. Я не хотела сказать то, что сказала. Поэтому, пожалуйста, называй меня просто — Акена.

Хаджар кивнул. Он глубоко затянулся и выдохнул дым.