Сердце Дракона

— Том из Диносов, больше не являюсь частью клана Хищных Клинков! И пусть от меня отрекутся великие праотцы и да сгниет моя кровь!

Плюнув на собственный кусок плоти, лежащий на песке, не обращая внимания на то, как уродливым шрамом затягивается рана на плече, Том Безродный развернулся, чтобы покинуть некогда родной дом.

— Не так быстро, юноша, — ехидная, плотоядная улыбка расчертила лицо человека, которого боялась вся столица. — Никому не двигаться! Никому не покидать квартала! Территория оцеплена моими людьми! Дело переходит в руки Тайной Канцелярии!

И из-за спины генерала Декоя Шувера единым потоком, сквозь ворота замка, полились ряды закованных в черную броню, укрытых белыми плащами, воинов.

Хаджар смотрел на лежащего перед ним мальчишку. В луже крови, с рассеченной грудь, он сжимал обломок своего меча. Вторая половина улетела куда-то сквозь пронзенный энергиями и мистериями потолок.

Хаджар развеял Синий Клинок и посмотрел на бледную мать ребенка. Она не смела даже пошевелиться.

— Ты… силен… Дархан.

Парис, хрипя, сплевывая кровью, поднялся на ноги. Шатаясь, он держал перед собой клочок стали, лишенный всякой силы — бесполезный, сломанный артефакт.

— Я… пока… не смогу… победить тебя.

Хаджар смотрел на этого ребенка. В его крахи глазах так и не появилось страха. Лишь сожаление. Сожаление о том, что он был слишком слаб. Слишком слаб, не чтобы победить, а чтобы защитить единственного, по-настоящему родного ему человека.

Много ли десятилетних мальчиков, у которых с рождения лежал весь мир у ног, могут похвастаться такой волей, таким внутренним стержнем, такой силой и такой честью.

Хотя, пожалуй, они и не станут хвастаться.

— Однажды я пощадил того, кого должен был убить, мальчик, — слова давались Хаджару тяжело. — Слишком многим это стоило жизни.

— Тогда… не медли… Дархан, — Парис тяжело дышал. Его руки дрожали. Но не от страха, а от слабости. — Только… прошу… выполни мою просьбу.

Хаджар смотрел на мальчика, стоявшего перед ним, но все так же видел самого себя.

Сколько лет он ненавидел дядю за то, что тот сделал. Сколько ночей посвятил себя мыслям о мести, и сколько сил давали ему эти мысли.

И сколько пустоты затем принесли.

— Почему ты не хочешь меня убить? — вдруг спросил Хаджар.

— Почему… я должен… этого… хотеть? Ты — герой… нашей страны.

— Из-за меня погиб твой отец.

Брови Парис нахмурились и он сделал шаг назад.