Сердце Дракона, Часть I

Живой и здоровой, веселый и такой же могучий, как и всегда. Он казался Хаджару неприступной горой, которая может выдержать на своих плечах само небо.

И мальчишка обнял отца за пояс, сжав его изо всех сил.

— Будет тебе, сын, — тяжелая ладонь растрепала длинные волосы, — мужчине не пристало бояться кошмаров.

— Да, отец, — кивнул Хаджар и отошел.

Они, как это иногда бывало, собрались в саду на берегу пруда-озера. Дул восточный ветер, играющийся с длинными белыми волосами. В милом платьице плескалась в воде Элейн.

Его сестра, смеясь, пинала воду и радовалась блестящим на солнце брызгам, напоминающим россыпь драгоценных камней.

Его сестра. Живая и здоровая. Она была рядом с ним.

Ему улыбалась мать, которую за плечи приобнимал его отец. Они звали его пойти поиграть с сестрой, а он не мог оторвать от них взгляда. Такие живые, теплые и родные.

Он бы мог остаться здесь.

В его синих глазах все так же светила непоколебимая воля, и ни одна иллюзия не могла застлать его взора.

Где-то там умирал его друг.

— Прости меня, мама, — шептал, как и много лет назад, Хаджар, — прости меня…

С каждым словом образ шестилетнего мальчишки изменялся. Увеличивались его руки, кожа дубела и покрывалась шрамами, тяжелел взгляд и росли плечи. И вот уже на берегу озера стоял могучий генерал с обнаженным клинком.

Хаджар занес над головой Лунный Стебель и собрал всю энергию для всего одного, но самого тяжелого для него удара.

Перед тем как рев дракона развеял иллюзию, Хаджар успел заметить теплую улыбку на лице его матери.

И может быть, ему показалось, но он увидел гордость в ее глазах и точно такую же — в отцовских. Но наверняка это была лишь игра его воображения.

Хаджар оказался в пещере. Вернее в том, что должно было быть пещерой. На деле же под его ногами лежала мощеная камнем широкая дорога. Свод, украшенный различными письменами и иероглифами, освещали факелы. Почему они горели даже спустя многие тысячи лет, Хаджар не знал.

Потолок поддерживали прислонившиеся к обтесанным стенам широкие колонны.

На них были изображены, по-видимому, многочисленные сцены из жизни адепта.

Но Хаджара все это сейчас мало интересовало.

В нем бушевала такая ярость, какой он еще не испытывал за всю свою жизнь. В данный момент он больше хотел разрушить эту клятую границу, нежели добраться до ее центра. И лишь понимание того, что от него сейчас зависела жизнь Неро, останавливало от необдуманных поступков.