Сердце Дракона, Часть I

Миновав лес (в котором Хаджар так же не терял бдительности) и добравшись до горной дороги, Лиан все же решилась спросить:

— Что произошло этой ночью, генерал?

Гэлион, ехавший рядом, подался вперед и прислушался к разговору. Не из любопытства, а потому что точно так же беспокоился за своего генерала. Человека, которого он безмерно уважал.

— Тебе описать в подробностях, офицер?

Лиан нисколько не задел подобный намек.

— Я видела на своем веку немало мужчин, генерал, и вижу, когда они провели всю ночь с женщиной, а когда дрались.

— Дрались? — Кавалерист машинально схватился за рукоять меча. — На вас напали селяне, мой генерал?!

— Глупости, Гэлион, — едва ли не зашипела Лиан. — Если бы на генерала напали селяне, то ты бы проснулся на руинах поселка, а не в мягкой постели.

— Это был сеновал, — тут же стушевался офицер.

Он уже собирался что-то ответить командиру лучников, но их вновь пресек командный тон Хаджара.

— Успокойтесь, — произнес он и направил кобылу подальше от края тропы. Из-за бурана путь замело, так что приходилось идти по самой “стене”, чтобы лошадь не оступилась по обманчиво плотному покрову снега.

— Все же старейшина оказался двуличным, — прорычал Гэлион. — Разрешите мне, мой генерал, решить этот вопрос.

— Нет никакого вопроса, Гэлион. Убийца пришел в поселок сам.

— Но как он узнал, что мы…

Лиан не договорила. На ее лице отобразилась работа мысли, а затем в глазах сверкнула догадка.

— Балиумцы… — протянула она.

— Среди них есть шпионы секты, — кивнул Хаджар.

— И вы так просто говорите об этом, генерал?

— Шпионы есть всегда, — пожал плечами Хаджар, — в мэрии, в генералитете. Да даже в королевском дворце. Это неизбежно.

Лиан и Гэлион переглянулись. Умом они понимали, что генерал говорит правильные вещи, но… То, что он произнес, любой чиновник тут же бы приравнял если не к измене, то к оскорблению титулованных дворян. И если за первое грозила смертная казнь, то за второе — ссылка на рудники.

И в тот же миг оба офицера как подобрались и приосанились. Если Хаджар так спокойно и открыто рассуждал в их присутствии, значит, он им доверял. Доверял настолько, что был готов поставить на это свою судьбу.

До лагеря они добрались в тишине.

Когда же встречавшая их Сера “поднимала” арку в барьере, Хаджар въехал последним. По уставу было положено обратное, но он никак не мог сжать бока лошади и заставить ее сделать последний шаг.