Сердце Дракона. Том 19. Часть 2

Может именно поэтому, когда-то очень давно, Вождь Ледяных Волков согласился с его доводами оставить жизнь надменному мальчишке, который должен был явиться к нему спустя вереницу эпох одиночества… Был ли выбор Вождя, идущий в разрез с указом Седьмого Неба — его борьбой. Или так и было написано в книге Тысяче.

— Свобода воли — это свобода выбор бороться с судьбой или покориться, — протянул Хельмер. — старый пес… спустя столько времени ты все еще помнишь мои слова…

Демон вытянул ладонь и показал весьма неприличный жест Лидуса в сторону того, что видел на небесном своде.

После чего поднялся, посмотрел на исчезающие на снегу следы Хаджара и тихо прошептал.

— Я сбился со счета сколько эпох я жду, когда же ты уже наконец выполнишь его, старый друг, — и исчез внутри роя кошмаров.

— Хельмера, — пояснил Хаджар. — Он теперь в лучшем случае — левая нога Князя. Ну или мизинчик на левой ноге…

— С самой первой встречи хотел спросить, — задумчиво протянул Хаджар. — почему вы называете Реку Мира паразитом?

Хаджар не успел ничего сказать, как его окутал темный буран.

Стоя в центре из вихря льда и снега, Хаджар ощутил теперь знакомое ему уже Имя. Что же — неудивительно, что эту деревню не могли найти столько эпох. Любой владелец Истинного Имени Севера, находясь в такой близости к непосредственно — Северу, окруженный эхом аномалии, пожирающей энергию Реки Мира, мог построить идеальное убежище.

Хаджар сомневался, что даже младшие боги, духи, демоны или бессмертные смогли бы обнаружить этот край.

И, в таком случае, тот факт, что Хельмер так просто сюда проник…

Генерал помотал головой. Этот нюанс, как и множество других, говорил лишь об одном. О том, о чем Хаджар уже давно хорошо знал — Хельмер играл в игру, расставив фигуры задолго до того, как на свет, скорее всего, появился предок того рыцаря, что предав первого императора людей, основал королевство Лидус. Но тот факт, что Хаджар знал о наличии у демонов планов на его скромную фигуру, в целом, никак не помогало.

Лишь напоминало о том, что нельзя позволять себе терять бдительность.

— Это была не козлятина, подземная ты деревенщина.

— Да, дерьмо-кожий, а что тогда? Может задница твоей тупой мамаши, решившей согрешить с козлом? Потому что вкус последнего я отличу везде!

— Во-первых моя мать, мелюзга, в отличии от твоей, предпочитала существ прямоходящих. Не говоря уже о том, что в Море Песка козлы не водятся.

— О, ну в этом ты ошибаешься, дерьмо-кожий, как минимум один там точно был.