Сердце Дракона. Восемнадцатый том. Часть 2

— Так она вылитая наседка… материнский инстинкт, парень — страшная сила.

— Старый плут! — увы, все адепты обладали острым слухом. А в случае Иции к этому прилагался еще и длинный кнут. — Думаешь я отсюда до тебя не дотянусь?!

— Смерть близко, — произнес чуть побледневшей Гай, оказавшийся посередине между молотом и наковальней.

Весь отряд — весьма разросшийся отряд, занял часть ряда самой верхней трибуны амфитеатра. Обычно пустующая, огромная арена Ракредина, способная вмещать в себя до двадцати тысяч зрителей, сейчас напоминала собой муравейник.

Тут не то, что яблоку упасть было некуда — а хотя бы простому перу.

Адепты сам разных ступеней и мастей собрались здесь ради одного — Турнира Осенних Сумерек. Ну или Праздника Осенних Сумерек. Как это часто бывает, для адепта скорее важно было железом позвенеть, нежели приобщиться к традициям.

Тем более, когда на кану стояло такое…

Хаджар повернулся к высокой ложе, где собрались важные персоны. Кажется, он даже успел заметить знакомый тюрбан. Неужели Шакх прибыл в составе делегации Сумеречных Тайн.

В целом, учитывая, что он итак находился в Чужих Землях, а не на территории секты — это звучало логично, но не очень приятно.

— Не думаю, что твой старый знакомый сможет вставить нам палки в колеса, — словно прочитал мысли Шенси, проследивший направление взгляда Хаджара. — Или ты в этом не уверен?

Насчет Шакха, племянника Шакара, давно почившего в Море Песка, уверенным нельзя было быть ни в чем. Не то, чтобы они разошлись на тяжелой ноте, но и крепкими друзьями или товарищами их с Хаджаром назвать было нельзя.

И дело даже не в Ильмене, а скорее…

И не очень хотелось вспоминать.

— И все же, — Летея провела пальцами по древку копья. Как бы она не храбрилась, но произошедшее на склоне горы — история с похищением и прочим, сильно подкосила девушку. И та теперь ни на секунду не расставалась с оружием. — Мне кажется, было бы проще, если бы Хаджар просто принял участие в этом Турнире, нежели… так.

— Проще, — согласился Шенси.

— но нам, как раз, надо наоборот, прекрасная принцесса. Свет души моей. Отрада глаз моих и…

Ильмена так зыркнула на Абрахама, что Хаджару почудился хлопок хлыста.

— … и все это, разумеется, про тебя — Иция, судьба мира моего.

— Старый лис, — фыркнула воительница и отвернулась.

Абрахам прокашлялся, а Гай вновь напомнил всем про близость последнего часа. Один только Албадурт, будто не понимая, что здесь происходит, спокойно смотрел на песок арены.