— Смотрю на жену, командир и не перестаю благодарить бога, что сподобил меня быть мужчиной. Я точно не смог бы так мучиться.
Делился со мной он когда мы сидели с ним в восточной комнате.
Следующее утро прошло в приготовлении меня к аудиенции у императорского величества. Ровно в полдень я стоял у входа в кабинет Императора.
— Прошу вас, подполковник — Адъютант императора открыл дверь.
— Здравия желаю ваше императорское величество. — негромко поздоровался я, помня о том, что император не любит громких слов в прямом смысле.
— Здравствуйте подполковник — улыбнулся Николай. Полковник Лоренс раскрыл диплом и стал зачитывать торжественным голосом.
ВЫСОЧАЙШИЙ УКАЗ
по Военному ведомству
№ 147
Санкт-Петербург
число, год.
Его Императорское величество Государь Император Николай Павлович
в воздаяние отличной храбрости и ревностной службы Войскового старшину Кавказского казачьего войска, Иванова Петра Алексеевича
Всемилостивейше пожаловать
орденом Святой Анны 2 степени с мечами и Императорской короной,
за успешное отбития нападения на Армянскую область Кавказского округа.
На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою написано:
«НИКОЛАЙ».
Император собственноручно повязал орден на шею.
Лоренс открыл следующий диплом и зачитал похожий приказ о награждении меня орденом Святого Владимира четвёртой степени с мечами.
Вот это оперативность, с удовлетворением подумал я в то время как император прикреплял орден у меня на груди.
— Служу трону и отечеству.
Бенкендорф стоявший в стороне, улыбался уголками губ. Награждение лично императором орденами да ещё за счёт казны, говорило о многом.
— Я доволен вашею службой подполковник, — на последнем слове он сделал акцент. — по заслугам и награда.
— Благодарю, ваше императорское величество, службою и делом оправдаю ваше доверие.
Николай кивнул.
— Подполковник, Александр Христофорович, хочет лично довести до вас некое известие.
Я поклонился, мы с генералом вышли из кабинета.
Кабинет шефа жандармов располагался в левом крыле Зимнего дворца. Когда мы вошли, начальник штаба генерал Дубельт поднялся со своего места, соблюдая строгий этикет."
"— Подполковник, — торжественно начал Бенкендорф, — имею честь сообщить вам высочайшую волю. Его Императорское Величество, в знак особого монаршего благоволения, соизволил пожаловать вас именным серебряным жетоном Отдельного корпуса жандармов. — Он сделал многозначительную паузу.
