Во время наших бесед, я объяснил ему значение трофеев в снабжении своего подразделения всем необходимым. Конечно солдаты собирали трофеи, но делали это незаметно, опасались быть обвинёнными в мародёрстве. Для офицера, это считалось вообще низким и чем-то омерзительным. Поэтому чётко организованный сбор трофеев, моей сотней, удивил его не меньше, чем моя ночная атака.
— На войне, господин подполковник, выигрывает не тот, кто красиво марширует, а тот, кто может найти дополнительные ресурсы. Каждый трофей, это лишний патрон, лишняя порция еды, дополнительный шанс выжить.
— Вы переворачиваете все мои представления о войне, есаул.- Вздохнул Мангер. Старые предрассудки боролись в нём с новым пониманием сегодняшних реалий.
— Геннадий Карлович, я вам не советую забывать, что мы иррегулярное формирование, а вы регулярная часть. В этом большая разница и камень преткновения.
— Согласен. Я с большим удовольствием перешёл бы на службу к вам, в сотню. Мои егеря глядя на вашу устроенность не скрывая завидую вашим казакам.
— очередной, печальный вздох Мангера.
— Генадий Карлович, — опустил я намеренно звание.- А кто мешает вам, не нарушая установленных регламентаций, улучшить питание и снаряжение своих егерей, сделать отношения в батальоне более товарищескими. Ведь в бою, ваша жизнь зависит от них. Я не призываю к панибратству и сюсюканью. Лишь только взаимное доверие и понимание.
Мангер глубоко задумался переваривая сказанное мною. Я попрощался и пошёл к себе, под навес фургона.
— Что с нашими конокрадами, не появились? — спросил я у Саввы.
— Нет, командир, появятся, куда денутся. А вон и Эркен с Асланом. Долго жить будут, — облегчённо вздохнул Савва, тоже волновавшийся, про себя, за своих друзей.
— Здрав будь, командир.
Я кивнул, приглашая сесть.
— Потерь нет. Отбили сто семьдесят пять голов. В пол версте от сюда, на выпасе. Сотник ещё десяток отправил на охранение.- Отчитался Эркен — Счас перекусим и обратно. Разреши телегу взять? Барахло перевезти.
— Много хороший конь, только турка кормил плохо, не смотрел совсем, больной много. Лечить нада. Давай мазь вонючий, мазать, хорошо будет.
— Эркен, посмотри, что можно егерям отдать. У них лошадей обозных нет. — он молча кивнул. Подумайте, лишних лошадей продадим здесь, в Эриване. Себе оставим не больше пятидесяти. Паша позови старшин.
Уставшие, но довольные егеря сидели у костра и осоловевшие от сытого ужина лениво беседовали обсуждая прошедший день.
