Сирийский рубеж 2

— Теперь говори, почему опять разбил вертолёт? — спросил Медведев.

Геннадий Павлович ещё помнит Соколовку, когда мы с Димой Батыровым приземлились на заснеженной поляне. Не забыл начальник Центра и мою посадку на домкраты. Тогда и вовсе вертолёт был спасён. Сейчас ситуация иная.

— С большей долей вероятности, я попал в «вихревое» кольцо. А ещё, вон посмотрите на лопасти.

Следом за командирами подъехали и Ларюшин с Тобольским. Евгений Иванович только вышел из машины и подбежал ко мне.

— Извини, сынок. Просчитались где-то.

— Кроме вертолёта, больше ничего. Всё хорошо, Евгений Иванович.

— Его мы починим. И разберёмся, что случилось.

— Перехлёст лопастей и вихревое кольцо, — кивнул Тобольский, посмотрев на В-80.

Однако, Ларюшин решил сам подойти к вертолёту и убедиться. Пока я с Олегом Игоревичем разбирал аварию и как всё развивалось, заслуженный лётчик-испытатель обошёл вертолёт.

Закончив с обходом, он подошёл к нам ближе и повторно выслушал мой рассказ о произошедшем.

— Нужно всё проверить. Я и сам видел, как от лопастей будто брызги отлетели. Однако, всё поправимо. Главное — Саня живой. И… вертолёт сохранил, — сказал Ларюшин, вновь пожал мне руку и ушёл к инженерам из фирмы.

Я прогнулся в спине, почувствовав дискомфорт. Наверное, от сильного напряжения, которое случилось в момент попадания вертолёта в столь критический режим.

Доктора меня быстро осмотрели, но травм и ушибов у меня не было. Даже удар головой не оставил отметин.

— Да всё в норме.

— Сан Саныч, это успокоительное. Вам надо стресс снять.

— По мне видно, что я взволнован? — возмутился я.

— Эм… да. Повышение голоса, отказ от медицинской помощи. Вы даже спирт и тот в штыки воспринимаете, — ответил доктор, и вновь поднёс мне к лицу пузырёк.

— Не воспринимаю, поскольку не пью. Доктор, спасибо, но давайте потом, — отмахнулся я.

Медведев и Тяпкин тоже настояли, чтобы доктор пока не начинал плотно со мной работать.

А генерала заставлять ждать нельзя.

Меня привезли в штаб Центра, где в актовом зале уже шло заслушивание итогов показа. Как я понял, аварии ещё никто не касался.

Душный актовый зал был наполовину заполнен представителями высокого командования. Здесь были и помощники Чагаева, представители Генерального штаба, а также командования ВВС.