Танцы на стеклах. Книга 2

Я хочу, чтобы она была счастливой.

Почему?

Потому что люблю ее.

Все так просто. На самом деле нет ничего сложного, если знаешь и принимаешь свои чувства. Сердце всегда подскажет верный путь.

Но я не хотел слушать, я завязывал глаза, цепляясь за догмы и традиции Анмара. И я наказывал ее за то, что чувствовал себя уязвимым рядом с ней.

Но на самом деле любовь не делает нас уязвимыми и слабыми. Это самое опасное заблуждение, которое кидает нас в крайность. Она открывает горизонты, она дарит силу. Или безумие, тьму и боль… если ты не хочешь принимать ее, если сопротивляешься, отчаянно и иступлено, как это делал я.

Я позволил Мэл уйти, не потому что сдался. Так было нужно. Слишком глубоки раны, слишком сильна боль. Если бы я надавил сильнее, она бы осталась. Я знаю, что мог бы, и сейчас могу. Но повторюсь, она не нужна мне сломленная и пустая. Я хочу счастливую Мэл, которая принимает меня таким, какой я есть. А для этого ей необходимо разобраться в себе. Она должна думать, что сама приняла решение.

А я помогу. Конечно, помогу.

У меня всегда есть план.

Некоторые вещи не меняются.

* * *"

"В Нью-Йорк я прилетел всего на сутки, и уже завтра утром вылечу в Лондон. Пришлось отвыкнуть от частных самолетов и прочих удобств, доступных принцу Анмара. Приходится как все… Бизнес-класс, шумные пассажиры, задержки рейсов, залы ожидания, очередь на регистрацию. Много нового, на самом деле. Есть свои плюсы. Например, время подумать и стройные стюардессы, которые все время улыбаются. В последнее время я разрываюсь между Англией и Америкой, пытаясь наладить контакты с матерью, которая во мне нуждалась после долгой разлуки не меньше, чем я в ней.

Так же приходится усердно искать свою нишу в бизнесе, которую я хочу и могу занять. Я выгодно вложил все свободные средства в инвестиции, но неделю назад мне пришлось вывести большую часть, чтобы расплатиться с отцом. Кое-что у меня осталось, но, чтобы частично залатать дыры и собрать капитал для открытия собственного бизнеса, мне пришлось выставить на продажу пентхаус и яхту, и мой желтый Бугатти. Пора научится жить скромнее и не выделяться из толпы, хотя старые привычки искоренить сложно.

Но сейчас я иду вдоль двадцать шестой улицы, свернув с десятой авеню, мало отличаясь от простого парня, который только что вышел из офиса. Легкое распахнутое пальто, белый свитер, джинсы и туфли, которые стоят не меньше, чем диск для Бугатти. Клерк не смог бы позволит себе такие туфли, а вот опальный принц мог.