Танцы на стёклах

Я не далеко ушел от Мэл.

— Беатрис просто завидует. Она хочет, чтобы я сделал ей так же хорошо, как тебе. А я хочу только мою маленькую meligim. Только тебя, Лана.

— Мне так хочется верить тебе, Джаред, — всхлипывает Мэл, запрокидывая голову, глядя мне в глаза: с надеждой, страстью и нежностью. Я отпускаю ее запястья. Она не будет больше сопротивляться.

— Так верь, Лана. Верь мне, девочка, — провожу губами по ее губам, вдыхая сладкий запах, одурманенный ею. Наверное, в этот момент я сам верю в собственную ложь.

Беру ее ладонь и кладу на выпуклость на своих брюках, давая ей почувствовать всю силу моей потребности. Болезненный стон срывается с губ, когда она сжимает меня пальцами через ткань. Я добавляю третий палец, толкаясь глубже, и она содрогается всем телом от быстрой и мощной разрядки.

— Ненормальный… Ты сведешь меня с ума, Джаред, — цепляясь за мою рубашку, она дрожит, прижимаясь ко мне, словно ища утешения, нежно трется щекой о мою грудь, как котёнок.

— Понравилось, meligim? — спрашиваю я, продолжая измываться над самим собой и проверяя себя на выдержку.

— Мне нравится все, что ты делаешь, Джаред, — смущенно шепчет Мэл. Я не знаю, как до сих пор жив, почему она все еще не на столе с раздвинутыми ногами, заброшенными на мои плечи.

Я уже собираюсь это сделать, воплотить картинку, выданную воображением, сминаю ладонями упругую попку, прижимая к болезненной эрекции, утаскивая ее на середину кабинета. Прижимаю спиной к деревянной столешнице, когда вдруг вспоминаю о самом главном.

Как я мог, вообще, забыть… Увидел ее, глаза ее большие и глубокие, тела коснулся и пропал, как идиот.

— Какого черта ты утром целовалась с Дэвисом у его машины? — рычу я, больно сжимая пальцами ее талию, наверняка оставляя синяки от пальцев на ребрах. Она удивленно смотрит на меня, как святая невинность. Мне кажется, ей даже льстит моя ревность.

— Мы просто столкнулись утром, он меня подвез. Дружеский поцелуй, Джаред, — отвечает Мэл, не отводя взгляда. Я перевожу дыхание. Чувствую, как узел внутри распутывается, и мой зверь, сраженный ее красотой и нежностью, опускает голову.

— Никогда так больше не делай. Я ненавижу ваши обычаи. Не позволяй другим мужчинам касаться тебя даже дружески, — вырывается у меня. В ответ Мэл широко распахнула глаза, слегка нахмурившись.

— Ничего себе заявочка, Джаред. А что взамен? Ты тоже не будешь распускать руки и ту штуку, которая упирается мне в живот?

— Мы говорим не обо мне, — снова раздражаюсь я.