Танцы на стёклах

Это откладывает отпечаток на безупречной репутации нашего Университета!

— Молчите, когда говорю я, Мелания, — женщина нахмурила свои слишком темные для ее светлых волос брови, и по слогам произнесла: — Если вы немедленно не заберете заявление, и не уладите это дело, мне придется… — она прокашлялась. — Исключить вас. Поэтому избавьте меня от неприятного решения, будьте благоразумной, и больше никогда не попадайте в подобные ситуации. Иначе в следующий раз я лишу вас стипендии без предупреждения.

На глаза навернулись слезы, я совершенно четко осознала, что проиграла в этой войне с Саадатом.

Я заберу заявление. Ситуация забудется, будто он ничего и не совершал. Джаред Саадат останется безнаказанным и будет и дальше творить все, что ему в голову взбредет.

Из кабинета мисс Райан я выхожу на ватных ногах, нервно проводя пальцем по любимым стенам Йеля. Всего на мгновение я вижу впереди то, отчего меня сразу бросает в дрожь.

Джаред Саадат и его компания движется прямо на меня по длинному коридору. Парни спешат на лекцию, заливаясь мерзким смехом. На мгновение наши взгляды встречаются, и я чувствую это, даже несмотря на то, что он на довольно далеком от меня расстоянии.

Его губ касается… самая угрожающая усмешка Саадата, из всех, что я уже от него видела. Хищный взгляд мужчины заставляет меня озябнуть вновь, и, резко развернувшись, я бегу прочь в противоположную сторону.

Отдышаться я могу уже лишь на улице, прислонившись к ближайшему голому дереву.

Слезы мешают мне видеть окружающий мир, ветер подхватывает запутанные волосы, которые царапают меня по лицу. Я поднимаю взгляд на небо — и сейчас оно серебристое, цвета его глаз. Необъятная темно-серая, почти черная туча закрывает этот красивый цвет, и на землю падают миллионы тяжелых капель дождя.

Я стою у дерева, сгорая от боли и обиды, пока не промокаю с головы до ног.

— Машина прибыла. Спускайся. Времени до вылета не так много.

— Пять минут, Джадир, — я сухо отзываюсь на требовательный зов снизу, чувствуя острое желание послать поверенного отца ко всем чертям. Ненавижу такие моменты. Я слишком привык к самостоятельной жизни в Америке, без всевидящего ока моего отца и вечно маячащего над головой долга ответственности.