Танцы на стёклах

А сейчас удвоил бы за долгое ожидание и ее упорство. Ох, уж это упорство она отработает мне за каждый день, что я ждал. Всеми частями своего миниатюрного тела. Хрустальная куколка, которую я разобью с легкостью, как до нее крушил другие фигуры. Немного жаль потраченных усилий. Но вся прелесть нашей с Мэл истории именно в этом противостоянии. Мне кажется, она знает не хуже меня, каким будет исход. Ее женское начало принимает мою волю, власть, и мое превосходство над ее женской слабостью. Я вижу в ее взгляде желание покоряться мне, но гордость и упрямство мешают ей.

Этот недостаток легко исправляется «воспитательными мерами».

Азарт набирает обороты. Я никогда не пытался соблазнить кого-то так расчетливо и тонко. Ненавязчиво, хитроумно, издалека… Мелания должна верить мне, смотреть и верить, что перед ней молодой и успешный руководитель компании с безупречной репутацией и отсутствием каких-либо планов на ее счет. Настоящий герой романа для наивных романтичных дурочек. Я несколько дней не обращаю на нее внимания, прохожу мимо, даже не кивнув в знак приветствия, чтобы потом устроить разнос за букет цветов, подаренных не мной.

При всем при этом мой личный агент-шпион Беа Мур уже внедрила тактику соблазнения мисс Йонсен изнутри. Она говорит, что взгляд Мэл плывет, когда Беа говорит обо мне. Беатрис предвзятый наблюдатель, но мне хочется верить, что она права.

Меня нельзя упрекнуть в плохой игре. Как по нотам раскидываю силки для глупенькой крошки Йонсен. Я делаю это красиво, чтобы потом было горячо и грязно.

Этот контраст сведет ее с ума. Она будет смотреть на меня, как на единственного в мире мужчину, способного заставить ее забыть собственное имя.

А я заставлю, и я выжгу свое имя на ее теле.

Я заставлю ее кричать и плакать, молить о пощаде и обожать меня, презирая всем сердцем. Она никогда не сможет быть прежней… после меня.

Я выпью ее душу жадными глотками.

А сейчас меня испепеляет гнев изнутри и неутоленная жажда, которую с каждым днем все сложнее контролировать.

Если я узнаю, что этот недоумок и слабак Том прикасается к ней… я не знаю, что сделаю. Действительно не знаю. Но ни одному из них не понравится.

Мои тайные агенты доложили мне, что Том — просто друг, и я пока доверяю этой информации, но скорее потому, что он слишком жалок, чтобы обладать Меланией.

Мне еще предстоит придумать наказание для нее за то, что отдалась какому-то придурку из Йеля. Я получил документы, которые ждал от Беатрис.