Если я не был бы нужен Рюриковичам, то он вообще бы отделался парой угроз и тем, что ему погрозили бы пальчиком.
Ничего. Теперь он не жилец. Борис Измайлов это большая проблема, которая будет всплывать раз за разом. Даже если его отошлют куда подальше, то он всё равно продолжит гадить нам. Отсюда вытекает крайне простой вывод — проблему надо решать кардинальным способом. Он сдохнет, причём от моих рук, ему уже не избежать печальной участи.
Я услышал шаги за дверь и снова принял печальный вид. Ожидал увидеть появление доктора, но нет — вместо него в комнату зашёл майор Лопухин.
Какие люди, однако, снизошли до меня.
— Ох и проблемный же ты гадёныш, — сказал майор. — Вместо того, чтобы быстренько всё подписать, ты тратишь наше время. Знаешь, я склоняюсь к тому, чтобы просто пристрелить тебя и похоронить твой труп на дне какой-нибудь реки. Уж твою подпись мы как-нибудь нарисуем на нужных бумагах.
Тут я уже не удержался и, подняв голову, улыбнулся глядя в рожу Лопухина. Ещё один смертничек, который отправится к праотцам за компанию с Борисом…
— И чё ты лыбишься, урод?
— А чего мне не улыбаться, а майор? — Сказал я.
— Твоё появление здесь и те слова, что ты произнёс, сказали мне о том, что все мои мысли об этом деле оказались истиной. Вы ведь нас даже не оформляли до сих пор, не так ли? Зря, майор, очень зря. Может тогда бы тебе сразу объяснили какую подставу тебе оформили те, чей заказ ты сейчас выполняешь.
— Чего мне ещё знать надо кроме того, что ты жалкий детдомовец, как и тот парень? — Усмехнулся майор.
— Вы никто, пыль. Щенки безродные у которых никого нет.
— Ага, раз ты это говоришь, то и информацию тебе прислал заказчик, — продолжаю говорить с улыбкой. — Эх, майор, неужели так сложно перепроверять полученную информацию? Это же самые азы! Когда занимаешься такими делишками, то нужно всегда ждать подставы от заказчика. Особенно такого как Измайлов. Тебе ведь всего-то надо было пробить по базам моё имя и фамилию, после чего ты бы осознал какой шквал говна на тебя сейчас летит.
О, а наш бравый майор дал слабину. Вон и улыбочка ушла с лица, взгляд стал серьёзнее. Кажется понимает, что я ему не лапшу тут на уши вешаю. Слишком искренне улыбаюсь и говорю уверенно. Всегда говорил, что если быть крайне убедительным, то удастся донести нужную информацию почти до любого собеседника и вразумить его. Почти до любого, ага.
— Да что ты мне тут чешешь, сопляк? — Майор хоть и почувствовал что-то неладно, однако пока оставался при своём мнении.
