В теле пацана (книга 7)

Ты же воин, не принимай судьбу и перестань уже ныть, — обнимаю, чтобы переместить сразу на остров, а потом уже метнуться за проводницей.

— Нет, не надо, — отстраняется. — Я хочу посмотреть им в глаза.

— Тем, кто насмехался надо мной.

По дороге спохватываюсь, пусть она и энерго–вампир, но воду и такие пьют. Являю бутылку, раскручиваю, подаю. Принимает неуверенно, но пьёт жадно, будто три дня не пила. Выдула всё, теперь не может отдышаться.

Пока идём, позади гремят ключи и скрипят калитки. Тюремщица послушно выпускает всех.

Другой вопрос, есть ли силы у узников уйти. Но это уже не моя проблема. Моя идёт со мной за руку, прихрамывая. И я понемногу незаметно через касание пытаюсь её лечить. Выходим на свежий воздух, Айлин щурится от света. Но вскоре уже видит последствия нашего боя. И останки. Вероятно, как раз тех, кто над ней и насмехался.

Вижу ужас на её лице. И даже сожаления.

— Эта либру была моей учительницей по бою на мечах, — кивает на перерубленную. — А эти… я с ними тренировалась. Мы называли друг друга сёстрами.

Ты их так?

— Они одни из лучших бойцов Монолита. Как же легко, — комментирует угрюмо.

— Нет, пришлось повозиться. Но в целом, я убивал и более сильных противников.

Смотрит на меня пристально.

— И зачем ты пришёл за мной? Какой смысл тебе ссориться с самим Омбером?

— Да плевать мне на этого хитрого урода и его Совет. Ссориться? Смешно даже слышать. Они мне не ровня, это просто жалкие черви. Поняла? Ты служила им верной и правдой. И как тебе отплатили? Чмошники.

Молчит, опустив голову.

— Мне больше нет места в Жон, — говорит подружка, вздыхая. — Я не знаю, что делать.

Опускаюсь к останкам и снимаю боевую корону поцелее.

— Эта нормальная? — Интересуюсь, протягивая ей.

— Эта лучше моей прежней. Такой меня и обещали удостоить.

— Бери, сказал. По праву победителя всё это имущество моё. Поэтому распоряжаюсь, как хочу. Бери.

Айлин ломается недолго. Принимает нехотя, и облачается в броню поверх балахона. На вид ей всё лучше, но она явно без сил.

Забираю покорно ждущую на выступе Чемоль и перемещаю обеих на остров, с которого отплывали.

— Дальше доберёшься куда надо? — Спрашиваю проводницу на берегу.

Кивает, поглядывая на укрепления. И без лишних слов уходит, оставляя нас наедине.

— Омбер бы не рассказал о моём заключении, тогда кто? — Спрашивает Айлин, раскапывая в мокром песке себе мидий и буквально на глазах превращая всё это в труху.

Понимаю, что так она утоляет голод. Но всё равно страшновато на такое смотреть.