Что ж, надо — так надо…
Вязкая жидкость обожгла гортань, стекла по пищеводу и внутри меня будто маленькое солнце взорвалось, скручивая тело болью, навсегда меняя, перестраивая прежнюю Аню.
С трудом сделала последний глоток… Колба выпала из ослабевших пальцев, и в ту же секунду птиц вспыхнул ярким факелом, сгорая, исчезая в мгновенно охватившем его жарком пламени.
Это было последнее, что я увидела перед тем, как потеряла сознание.
Глава 20
Я горела. Плавилась в самом центре огромной огненной купели — беспомощно барахталась, уходила вниз с головой, тонула и никак не могла выплыть.
Время от времени все-таки удавалось подняться на поверхность, и тогда надо мной нависали неясные тени, а где-то далеко, на краю сознания, начинали звучать голоса.
— Нари, пора принимать эликсир…
— Мастер, как она?
— Без изменений.
— Сделайте же что-нибудь. Третий день пошел.
— Делаю, что могу.
— Вашего «что могу» не достаточно, если до сих пор улучшений нет… Отойдите, я сам.
— Но эйрэ…
— Убирайтесь, я сказал.
— Вы даже не целитель.
— Зато вы — всемирно признанный великий мастер. И что? Ваш дар сейчас абсолютно бесполезен.
— Кайден, будьте благоразумны. Вас с Нари ничего не связывает, даже стихии, и те почти противоположны.
— Нас связывает зелье, что она выпила. Магия моего зверя.
— Вы намерены…
— Да, попробую вытащить ее… Отойдите же, пока я не потерял терпение и снова не отправил вас в стазис.
Высокая, широкоплечая фигура, заслонив собой все остальные, опустилась на край кровати, склонилась низко-низко.
— Эннари… Анна, — еле различимый, прерывистый шепот у самого уха. — Ты победила, добилась невозможного. Твоя искра снова зажглась. Теперь нужно подчинить ее, иначе она испепелит тебя, выжжет дотла. Борись. Слышишь? Борись, девочка… Ты справишься, я верю.
Твердая, чуть шершавая ладонь опустилась на лоб. Она казалась ледяной, но ее холод успокаивал, усмирял вскипевшую, превратившуюся в раскаленную лаву кровь. И неожиданно стало легче. Я уже не захлебывалась жаром, обжигая грудь, и все чаще выныривала вверх — к чистому воздуху, свету.
Туда, где призывно шелестели, шептались о чем-то деревья Вечного Леса, высоко в небе парил призрачный дракон, а возле него вился юркий золотистый феникс…
Очнулась я резко, как от толчка. Открыла глаза и поняла, что нахожусь в собственной спальне. За окном сияло солнце, легкий ветерок слабо колыхал занавески, принося из сада запах цветов и спелых яблок, а возле меня в кресле сидела Мьирра.
