А на следующий день, как это обычно бывает, к обеду, приехал обоз. Игорь Савельевич прибыл за досками. Его повозки, груженные товаром, медленно подъехали к ангару. Сам Игорь Савельевич восседал на передней телеге, в добротном кафтане. Несмотря на то что путь был неблизкий, выглядел он бодрым и жизнерадостным.
— Егор Андреевич! — громогласно приветствовал он меня, спрыгивая с телеги с удивительной для его комплекции лёгкостью. — Рад вас видеть в добром здравии!
— И тебе не хворать, Игорь Савельевич, — ответил я, пожимая его крепкую руку.
— Как дорога? Не беспокоили лихие люди?
— Бог миловал, — перекрестился купец. — Да и не без охраны мы, — кивнул он на служивых, которые были в его обозе.
Тот, как обычно, привёз муки — три мешка отборной, белой. Мёда привёз — две бочки липового, золотистого, пахучего. Сала привёз много, уже засоленного, завёрнутого в холщовую ткань. Уксуса привёз, который я заказывал, в глиняных бутылях, запечатанных воском.
Работники Игоря Савельевича начали разгружать товар, а мы с ним прошли к ангару, где хранились приготовленные для него доски.
Фома, уже ждал нас там, готовый показать товар.
— Смотри, Игорь Савельевич, — с гордостью сказал Фома, проводя рукой по гладкой поверхности доски. — Сосна отборная, без сучков, высушенная как положено.
Игорь Савельевич внимательно осмотрел доски, постучал по ним костяшками пальцев, даже понюхал.
— Добрый товар, — наконец изрёк он. — Как всегда, Егор Андреевич, у вас всё высшего качества.
Мы отдали ему доски, за которые он рассчитался в полной мере, не торгуясь и не скупясь.
Мужики сложили всё аккуратно на телеги, перевязали верёвками, чтобы в дороге не растерять.
Затем погрузили ещё один товар — стекло в ящиках, листовое, бережно упакованное в солому.
— Вот, как обещал, — сказал я, показывая на ящики. — Стекло, чистейшее.
Игорь Савельевич кивнул, довольный сделкой. Я же сказал Фоме:
— Готовься, поедешь вместе с Игорем Савельевичем.
Фома понимающе кивнул.
Мы поставили на телеги к купцу два ящика с бутылками, тоже подготовленные к дороге так, чтоб не побились.
А ещё я отдал Фоме особый товар — набор из шести чашек и шести блюдец из фарфора.
— Если получится, продай как один комплект, — наказал я ему. — Человеку, который достойно оценит.
Тот почесал бороду, прищурился:
— А ежели будет ажиотаж, как в прошлый раз? Помните, чуть до драки не дошло?
Я усмехнулся, вспоминая тот случай.
— Ну, коли так, то до драки не доводи, — рассудительно ответил я.
